История Терран
История Протоссов
История Зергов
StarCraft - FOREVER!
7x Team Logo
 
 
 Авторизация
Регистрация
Новости
Команда
Файлы
StarCraft 2
Статьи
Стратегии
Библиотека
Юмор
Редактор карт
Партнеры
Реклама


 Восхождение (1-4)

Сара Керриган, Королева Клинков зергов, когда-то стала невольной жертвой дьявольского эксперимента, что привело в итоге к обращению ее в безжалостную убийцу Конфедерации.
Это история жизни Сары Керриган - о войне, идущей за ее душу.
Это история восхождения звезды Арктура Менгска. История начала тяжелого пути наверх, к становлению новой империи...


Примечание: Перевод книги Микки Нильсона: "Uprising" является любительским и предназначен только для ознакомления. Оригинальнал Вы можете приобрести в официальных магазинах.

Переводчики не несут ответственности за "правильность" переведённых материалов и допускают, что в тексте присутствуют неточности, пропуски, обобщения и т.п.

Все права на оригинал принадлежат автору и компании Blizzard Int. Все права на данный перевод принадлежат переводчикам и их сайтам. Полное или частичное воспроизведение или размножение каким бы то ни было способом данного перевода допускается только с разрешения авторов перевода.



От автора:


Я хочу искренне поблагодарить людей, которые внесли и продолжают вносить непосильный вклад в мою жизнь: моих братьев Сэмми, Райдера, Эрика и Тони. Большое вам спасибо!
Спасибо моей любимой, Тиффани, за огромную поддержку. Отдельная благодарность следующим людям: Крису Метцену за неиссякаемую веру в мой талант; Аллену Адаму, Ролу Сэмзу и Майку Морхейму за бесконечную поддержку; Марко Палмери и всем моим коллегам, друзьям: вы сами знаете, к кому это относится. Спасибо. И, наконец, я хочу поблагодарить своего отца, Шихана Кальвина Нильсона, за то, что никогда не запрещал развивать воображение.

Глава 1. Семена революции.



Трудно поспорить с тем, что в жизни каждого человека найдется место хотя бы для одной серьезной трагедии. В какой-то момент судьба может поставить перед нами нешуточное испытание – нечто столь страшное и непоправимое, что вся наша жизнь кардинально изменится. Многие, - мужчины, женщины ли, столкнувшись с такой катастрофой, часто неспособны справиться с ситуацией и доживают жизнь тенью бывшей личности. Однако некоторые… Некоторые могут стать только сильнее от пережитого. Справившись с горем, они неожиданно открывают в себе новые способности и начинают преуспевать в таких сферах, о которых ранее даже и не помышляли.

Арктур Менгск как раз был таким человеком. Трагические события, что ему пришлось пережить, поставили перед ним четкую цель и поселили в душе непоколебимую уверенность. Малодушного человека сломала бы такая судьба. Малодушный предпочел бы сдаться. Однако, малодушным нет места в великой истории Терран.

В юности Арктуру часто снились сны, в которых он видел себя влиятельной личностью, выдающимся лидером. Но когда он просыпался, то не чувствовал в себе ничего лидерского и поэтому списывал эти сны на результат буйного воображения. Юного Менгска не волновали чужие проблемы, не беспокоило происходящее в Конфедерации. Всё, что его заботило – это количество денег, которые он сможет заработать, работая изыскателем(1) на Периферии(2). Конечно, после того как отдаст гражданский долг в армии Конфедерации. И Арктур отдал этот долг. Он даже дослужился до звания полковника, несмотря на отсутствие желания командовать людьми.

Так было до того, как обстановка стала накаляться. Так было до того, как он понял, что стремится не к тем идеалам. Так было до катастрофы.
После трагедии многое изменилось. И Арктур в том числе. Теперь, себя прежнего, он воспринимал не более чем как дальнего родственника. Теперь он стоял на пути того, кого видел в своих снах.

По сути, до настоящего времени, все происходящее было лишь подготовкой к тому, чтобы изменить мир: постоянные дискуссии с соратниками из подпольной организации Корхала, (хотя они стали действовать настолько раскрепощено и открыто, что приставка «подпольная» уже не имела смысла.); вербовка единомышленников и граждан, желающих перемен. Кроме этого люди Арктура постоянно отслеживали действия Конфедерации, в относительной безопасности под крылом Умоджанского Протектората(3).

Подготовка к переменам шла полным ходом. Арктур был доволен своей предусмотрительностью. Однако он осознавал, что пора предпринимать активные действия. Саботаж главных каналов снабжения ключевых планет, взлом центральных серверов Конфедерации, провокации к восстаниям шахтеров, – все это грамотно и правильно. Но… Пришло время усилить ряды и взяться за дело на полном серьезе. Пришло время жестокой схватки!
И вот сегодня генерала Менгска сверлили около двадцати пар глаз решительно настроенных умоджанцев. Хотя их было меньше, чем рассчитывал Арктур, тем не менее, все они годились к военной службе. Впрочем, генерал не сомневался, что никто из них не участвовал в каких-либо боевых действиях. И все же они имели перед собой цель, и желали сражаться за то, во что верили. Поэтому они – первые семена революции, которые дали всходы!

Генерал посмотрел в глаза каждому из мужчин. Как только Арктур удостоверился, что завладел вниманием присутствующих, он начал говорить:
– Сегодня, вы собрались здесь, потому что вы разделяете общественное мнение и общественные желания. Среди таких мнений, догмат о том, что ни человек, ни государство не имеют прав обращаться с вами несправедливо. А ваше желание как общества, это стремление к независимости! Не сомневайтесь, это идеалы, из-за которых разгораются войны! Самое меньшее, что вам грозит, это жизнь в добровольном изгнании, с клеймом мятежника поставленном тем самым правительством, что навязывает вам несправедливые законы! Но самое худшее, с чем вы можете столкнуться, с чем все мы столкнемся – это смерть!

Менгск сделал многозначительную паузу, а затем продолжил:
– Как вы знаете, Поллок, – Арктур указал на мужчину, стоявшего в положении «вольно» слева от него, – я, и каждый наш боец, уже считаются дезертирами в Конфедерации!
Поллок Раймс выглядел настоящим ветераном боевых действий: Лицо и лысый череп усеивали шрамы, с левой стороны на голове виднелся отпечаток большого кулака; левое ухо практически отсутствовало, а переносица напоминала отзеркаленную букву S. Пока Менгск ораторствовал, Поллок смотрел невидящим взглядом в пустоту.

– … Очень важно, чтобы каждый из вас понимал, вероятность того, что конца битвы он может не увидеть, достаточно велика!
Пока люди переваривали смысл сказанного, генерал обратил внимание на человека который стоял за одним из больших окон. Мужчина-азиат в форме изыскателя низкого уровня по всей видимости сильно заинтересовался происходящим в зале. Осматриваясь, человек встретился с взглядом Арктура. Изыскатель секунду помедлил, а потом отвел глаза в сторону. Казалось, он никак не может принять какое-то решение.
В этот момент генерал услышал кашель, словно кто-то прочищал горло. Он повернулся и увидел слегка помешанного на вид старика. Морщины крепко избороздили его лицо, а седые стриженные под тонзуру волосы окутывали лысую макушку, как легкие облака окутывают вершину горы.

Выйдя вперед, старик ухмыльнулся:
– Моя мама, пусть земля ей будет пухом, говаривала, что незачем жить, если нет ради чего умереть!
Легкая улыбка коснулась губ Арктура.
– Ясно. А как ваше имя, гражданин?
– Меня зовут Форест Киль, и я был не промах во времена Войны Гильдий(4)!
– Уверен, что так и было. Как и в том, что ваши командиры гордились вами.
Старик Форест расплылся в беззубой улыбке. В этот момент Арктур снова бросил взгляд на окно где, нервничая в нерешительности, все еще стоял тот изыскатель. Затем генерал вновь обратился к группе людей:
– Таким образом, господа, пришло время...
Звук открывающейся створки заставил Арктура прерваться. Он посмотрел в конец зала и увидел как Айлин Пастер – один из послов Протектората, просунул голову в проем и замер в нерешительности. Обычно невозмутимый, сейчас он был бледен и расстроен.
– Мне жаль вас прерывать, генерал, – сказал он, – но возникла ситуация, которая требует вашего непосредственного присутствия.

* * *

Не так давно Айлин Пастер был советником при штабе отца Арктура, Ангуса. Когда-то Ангус спас ему жизнь. Поэтому Айлин в благодарность, как член Совета Правления Умоджанского Протектората, помог Арктуру получить звание генерала и стать лидером революционного движения.
Совет позволил Менгску создать на территории Протектората оперативную базу, а также использовать космическую станцию с названием «Смотровая Палуба», как своеобразный пункт слежения и контроля. Смотровой Палуба была построена для геологов, для изучения планет ближайших систем. Оборудование космической платформы обеспечивало высокое разрешение изображений, что значительно упрощало процедуру поиска полезных ископаемых. В программном обеспечении содержалась различная информация, вплоть до подробных карт планет во всех известных системах. Кроме того, имелась функция отслеживания графика движения транспортов по торговым маршрутам в режиме реального времени, по принципу действия напоминающая своего рода примитивную радиолокационную систему. Все это техническое оснащение вполне отвечало нуждам Арктура, так что в свете текущего использования Смотровой Палубы, имя станции как никогда точно говорило само за себя.
Именно здесь, на Смотровой Палубе, собрались члены Совета Правления. На их осунувшихся лицах застыло выражение беспокойства.
Айлин развернулся от экрана с картой сектора к Арктуру и дрожащим голосом произнес:
– Мы получили анонимное сообщение. В нем говорится, чтобы мы не спускали глаз с этого участка!
Арктур Менгск посмотрел на выделенную область. И сразу же узнал планету.
– Корхал, – сказал он, ни к кому не обращаясь.
Член правления чуть заметно кивнул.
– Да.
Генерал увидел, как на лице собеседника заблестели капельки пота.
Несколько крупных точек с виду похожих на орбитальные спутники, окружили образ планеты. Еще до того как Айлин заговорил, Арктур понял, чем являются эти объекты.
– Боевые крейсеры, – подтвердил его догадку Пастер. – Мы засекли двадцать штук. Проверили по военным каналам, но не нашли никакой зацепки, объясняющей подобные маневры.
– Ничего, чего они желали бы объяснить, – заметил Менгск. – Однако, можете не сомневаться, что именно Конфедераты являются источником анонимного послания. Поэтому, если корабли окружили Корхал по приказу Конфедератов, это означает, что пришло время бить тревогу. Разведданные необходимо срочно переслать Эктону!

* * *

В это время, Стирлинг, столица Корхала, готовился к обороне. Полковник Эктон Фелд, исполняющий обязанности руководителя оппозиции на время отсутствия генерала Менгска, стоя на крепостной стене, раздавал приказы направо и налево, рассылая патрули за черту города. В пригородных районах, выделяясь ломаной линией на уровне горизонта, бесчисленное количество турелей ПВО(5) следило за воздушным пространством. Когда-то, эта крепость в центре города была форпостом Конфедерации. Это было до восстания. Теперь, крепость служила сердцем революционного движения Корхала.

Разумеется, присутствие кораблей Конфедерации на орбите, не явлалось новостью для повстанцев, однако уровень систем обнаружения и контроля не позволил определить в деталях то, о чем доложила внешняя разведка. Двадцать кораблей подобного класса отнюдь не мало, учитывая то, что каждый крейсер несет на борту не одну сотню пехотинцев, десантные катера, осадные танки, и даже бронированные шагоходы класса «Голиаф»(7). И это только сухопутные войска.

Но на данный момент этот факт не играл никакой роли. Мятежники не сомневались, что первая попытка штурма пройдет с воздуха. В связи с этим они потратили уйму времени на усиление противовоздушной обороны. Кроме того, рекрутов из населения желающих взять оружие в руки оказалось настолько много, что сформированная армия оказалась не просто значительной по размерам, она оказалась огромной.
Столкновение с армией Конфедерации было неизбежным. Однако, даже посреди всеобщего страха, паники и ожидания, Эктон испытывал чувство радости. Он радовался тому, что ожидание, наконец, закончилось, и битва вот-вот начнется. Жители Корхала собирались объявить Конфедератам о том, что они – жители свободной планеты! И они намерены отстоять свою независимость в борьбе!
«Пусть приходят», – размышлял полковник. – «Пусть идут на своих броневых шагоходах и замаскированных истребителях… Пусть только подойдут.
Эктон Фелд улыбался и ждал, когда появятся первые десантные корабли врага.

* * *

На голограмме появилось множество мелких объектов, величиной не более пылинки. Они отсоединялись от кораблей целыми стаями, словно саранча. Покинув боевые крейсеры, точки зигзагообразным маршрутом устремлялись к атмосфере Корхала.
– Десантные транспортники? – задал крутящийся у всех на языке вопрос Айлин.
Менгск покачал головой.
– Нет. Слишком маленькие для «Выбрасывающих ». Больше похожи на… нет, этого не может быть. Просто не может…
Он продолжил качать головой, отказываясь верить своим предположениям. Потому что знал, – если поверить, то это станет реальностью.
Множество крошечных светящихся точек вошли в атмосферу Корхала. И Арктур, вместе с остальными присутствующими, мог только смотреть, как разворачивается катастрофа.

* * *

Полковник Эктон осматривал многочисленные оборонительные рубежи за стенами Стирлинга, когда к нему подбежал запыхавшийся лейтенант. У него были глаза человека, который вдруг отчаянно захотел оказаться в другом месте.
– Сэр, мы отслеживаем сотни приближающихся объектов, которые вышли на ключевые объекты нашего полушария. Я не уверен, но, кажется, мы получили сообщение с другой стороны об аналогичной ситуации.
– Сотни, говоришь?
– Да, сэр. Пока слишком малы, чтобы определить что это, но они быстро приближаются.
Видимость спокойствия исчезла с лица полковника, уступая место неприкрытому страху. Именно в этот момент полковник услышал едва различимый гул похожий на жужжание мелкого насекомого. Он посмотрел на линию горизонта и увидел снижающийся рой маленьких объектов, оставляющих за собой полоски дыма.
Он все понял.
– Нечестно... – прошептал он, но солдат все равно его услышал. Гул перерос в оглушающий грохот.
Лейтенант поднял глаза к небу. Он увидел, что летящих вниз объектов намного больше, чем он мог себе представить.
Тогда он закричал.

* * *

Смотровая Палуба погрузилась в гробовую тишину. На освещенном диске Корхала стали появляться вспышки яркого света. Яркие бутоны расцветали до тех пор, пока большая часть планеты не утонула в ослепительном блеске. В комнате никто не осмеливался задать вопрос о том, что это было.
– О, Создатели, его больше нет... Корхала больше нет. Никого. Миллионы людей... – Казалось, Айлин сейчас лишится чувств.
Арктур почувствовал, как спазмы скрутили желудок. Он не видел ничего, кроме образа горящего Корхала. Спустя некоторое время вспышки света начали постепенно угасать. Голограмма планеты потемнела. Вместо былого Корхала осталась выцветшая факсимильная копия.
Находясь в шоке от случившегося и отказываясь смириться с этим, Арктур все же нашел силы, чтобы выдавить из себя два слова:
– Соберите людей.

* * *

Инцидент с Корхалом, как и многие другие в истории, был примером того, как правительство при помощи тирании попыталось подавить бунт. Однако подобная мера лишь укрепила решительность инакомыслящих. В зале, где не так давно стояло двадцать человек, теперь толпилось более пятидесяти мужчин, злобно и грубо дискутирующих о гибели Корхала и наглости Конфедерации.

Створка люка скользнула в сторону. В комнату с видом льва, загнавшего жертву в угол и смакующего миг ее смерти, вошел Арктур.
– Все знают, что произошло, – начал он. – Если кто-то хочет знать детали, а я думаю, все собравшиеся здесь заслужили это право, отвечу. Двадцать боевых крейсеров запустили порядка тысячи ракет класса «Апокалипсис» с орбиты Корхала IV. Боеголовки достигли поверхности планеты. Тридцать пять миллионов человек больше никогда не увидят дневной свет. Я знаю, вам больше не нужны вдохновляющие речи. Вас больше не нужно ни принуждать, ни уговаривать. Теперь вы сами видите, что правильно, а что нет. Пришло время вступить в бой за то, что нам дорого! Пришло время сразиться с теми, кто угнетает свободу личности! Вы со мной?

Пятьдесят кулаков поднялись вверх, сопровождаемые оглушающим ревом. Менгск подождал, пока утихнет шум и продолжил:
– С этого дня вы уже не гражданские лица. С этого дня, вы солдаты! Мы на военном положении!
Менгск собрался продолжать, но остановился, так как створка открылась, и в зал вошел изыскатель-азиат. Тот самый, что на прошлом собрании стоял за окном. Толпа молчала. Генерал в ожидании смотрел на вошедшего коротышку.
– Я хочу вступить в ваши ряды, – сказал азиат.
Менгск направился к молодому человеку и остановился перед ним. Во всем его внешнем виде читалась угроза.
– Я уже видел тебя. Ты колебался.
Юноша опустил голову:
– Тогда я еще не был уверен. Но сейчас – да.
Кто-то в толпе усмехнулся. Стоящий недалеко от генерала человек приглушенно выдохнул: «Сопляк». Генерал взглядом заставил его замолчать, а затем снова посмотрел на азиата.
– На поле боя, нерешительность может стоить жизни, мальчик.
Коротышка выдержал пристальный взгляд генерала.
– Сэр, все, о чём я прошу, это дать мне шанс.
– Ты будешь следовать приказам, не задавая вопросов?
– Так точно.
Посмотрев на реакцию присутствующих, Менгск кивнул.
– Твое имя?
– Сомо. Сомо Ханг.
– Добро пожаловать на борт. – Генерал вернулся на свое место рядом с Поллоком. Обвел взглядом собрание. – Как я сказал, с этого момента... вы – солдаты. И вы с гордостью будете носить это звание. Что касается названия нашей маленькой армии, то оно должно стать проклятьем для Конфедерации. Я думаю, будет уместным, если мы назовёмся Сыновьями Корхала!
Зал вновь взорвался. Только на этот раз энергичным скандированием:
– Менгск! Менгск! Менгск!

* * *

Айлин стоял рядом с генералом в ремонтном боксе, вместе с ним осматривая зафиксированный на стапелях потрепанный до неузнаваемости огромный космический крейсер. Рабочие, сыпля брызгами искр от дуговой сварки, усердно латали монстра, заканчивая монтаж и последнюю регулировку.
– Нельзя сказать, что он выглядит как новенький, тем не менее вполне послужит нашим целям, – кивая на судно, сказал Айлин.
– Да, мой друг, это точно, – ответил Арктур явно довольный успехами ремонтников.

Менгск вдруг вспомнил, как ему достался этот корабль. Боевой крейсер стал жертвой ошибки навигационной системы. Сродни той, из-за которой пару столетий назад сбились с курса четыре супер-носителя с экипажами из осужденных. Затерянные в глубоком космосе, корабли все же совершили посадку на пригодные для жизни миры (среди которых была и Умоджа). Пассажиры-преступники основали общество, дав род современным Терранам – этот термин стал применяться к последующим поколениям людей. Терранам, которые продолжили расширять границы и заселять мир за миром, продвигаясь вперед так, как может только человечество.

Восстанавливаемый сейчас корабль потерпел крушение на огненной планете неподалеку от пространства Протектората, оказавшись, таким образом, вне досягаемости Конфедеративных частот. Айлин и Менгск без промедления прибыли на место падения и отключили на судне поисковый маяк. В ангарах крейсера обнаружились несколько КСМ(8), полностью работоспособный осадный танк класса «Радуга», а на пусковой палубе – два истребителя CF/A-17G «Фантом» и четыре десантных катера типа «Выбрасывающий».

Протекторат отбуксировал крейсер в один из своих многочисленных доков. Естественно, Конфедераты были в гневе из-за потери корабля, однако, не имея доказательств причастности Протектората, решили не доводить дело до вооруженного конфликта. Все члены экипажа были объявлены погибшими. Им предложили хорошую зарплату и сокращенный рабочий день, в обмен на молчание и сотрудничество с Протекторатом. Таким образом, желающих покинуть Умоджу не нашлось. Через какое-то время Поллок Раймс, главное доверенное лицо Менгска, принял капитанство над судном.

Казалось, с тех пор времени прошло порядком, хотя закончился всего один цикл. Корабль оставался на месте, медленно и систематически изменяясь и усовершенствуясь, до тех пор, пока он не стал тем, что Арктур видел сейчас перед собой. Боевой крейсер класса «Монстр», который он мог назвать своим собственным.
– Как вы хотели бы его назвать? – вдруг задал вопрос Айлин, прервав мысли генерала.
Некоторое время Менгск молчал.
– Гиперион(9), – сказал он, наконец. – Я назову его «Гиперион».
Подошел Поллок.
– Генерал, – обратился он к Арктуру, – бойцы интересуются, какова наша предстоящая задача.
Арктур обратил на Поллока горящий взор.
– Объяви, что мы выступаем в следующем интервале.
Верхняя губа капитана Раймса чуть-чуть приподнялась. Это движение было самым близким к улыбке из всех тех, что Арктур видел на лице этого человека.
– Есть, сэр!

________________________

(1) Изыскатель – разведчик недр. Профессия, связанная с горнодобывающей промышленностью, - (прим. перев.).
(2) Периферия – планеты лежащие на границе исследованного пространства сектора Копрулу, в котором происходят события StarCraft, - (прим. перев.).
(3) Умоджанский Протекторат (Umojan Proctectorate – англ.) – союз независимых колоний, не подвергшихся влиянию Конфедерации. Умоджа – одна из трех планет, на которой потерпел крушение корабль с колонистами Земли, - (прим. перев.)
(4) Война Гильдий (Guild Wars – англ.) – вооруженный конфликт между Конфедерацией и Келморийским синдикатом, за сферы влияния в горнодобывающей промышленности. – (прим. перев.)
(5) ПВО – противовоздушная оборона.
(6) Боевой шагоход «Голиаф» (Goliath – анг.) – ударная машина на шагающем шасси, с автопушками и установками ПВО, - (прим. перев.).
(7) «Выбрасывающий» (Dropship – англ.) – класс десантного катера, основная транспортная единица армии Конфедерации - (прим. перев.).
(8) КСМ – Космический строительный модуль (SCV - Space Construction Vehicle – англ.) – строительная машина.
(9) Гиперион – бог солнца в др. Греции.

Глава 2. Затишье перед бурей.



Саре Керриган снился кошмар. Ужасный сон, в котором она видела себя в темной запертой комнате, связанной по рукам и ногам. Она чувствовала, как невидимые глаза наблюдают за ней. Она знала, что заключение длится вечность. Откуда-то из темноты до нее доносился звук. Мокрый, чавкающий, словно что-то скользило по гладкой поверхности. Как будто по кафельному полу ползет гигантский слизняк. Определить, откуда именно шел звук, она не могла. Казалось, он исходит отовсюду. Затем она почувствовала что-то влажное, что-то живое, забирающееся по ее ноге, а потом... кошмар повторялся снова.
Сара проснулась и поняла, что она в своем кошмаре.
Закованная в кандалы, девушка сидела в маленькой, слабо освещенной комнате без дверей. Осмотревшись, она с трудом различила в противоположном углу закрытый контейнер с меткой "Опасно!" Кроме него она еще увидела свое отражение в большем темном стекле. Сара была уверена, что оттуда за ней наблюдают. Она прислушалась. Снаружи доносился звук похожий на непрекращающиеся порывы ветра
Она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Тело обмякло и оцепенело. Девушка знала, что ей ввели наркотики. Может быть, поэтому она не помнит, как попала в это место и как ее зовут. Она начала сопротивляться воздействию препаратов. Занятая собой, Сара вдруг услышала звук открывающегося лючка. Она увидела, как над контейнером появился небольшой манипулятор. «Рука» повернула круг запорного механизма на крышке контейнера и поднялась вверх. Раздалось шипение выходящего сжатого воздуха. Манипулятор вернулся в отверстие и исчез. Маленький люк закрылся, восстанавливая герметичность помещения.
Из контейнера раздался звук, напоминающий хлюпанье пузырьков в чане с патокой.
Сара стала следить затем, как багровая вязкая субстанция поднялась над краем контейнера и начала перетекать через края. По внешней стороне контейнера вещество спустилось очень странным образом, – так, словно оно двигалось само по себе, а не под воздействием силы тяжести. Достигнув поверхности пола, оно начало расползаться во все стороны. Сара видела, как субстанция ползет вверх по стене за контейнером, ползет по полу, бесконечно разрастаясь. На стене, при соприкосновении со стеклом, биоматерия издала резкий шипящий звук, - как будто капля жидкости испарилась с раскаленной поверхности. Субстанция обогнула стекло, и распространение продолжилось дальше.
Ползущая масса неумолимо распространялась по комнате. Сара хотелось закричать, но пока она сдерживалась, не переставая уверять себя, что это всего лишь часть кошмара, и скоро она проснется... дома? Она не могла вспомнить, был ли у нее когда-нибудь дом, или даже просто жизнь до этой комнаты! От всего этого кошмар становился еще более чем реальным.
Тем временем биоматерия достигла потолка и подобралась к лампам. В комнате, итак скудно освещенной, стало совсем темно. Глобула(1) стала прозрачной. Рассеянный мягкий свет обрисовывал силуэты множества вен и артерий, пульсирующих в столь своеобразной форме жизни.
Cару затрясло, когда расстояние между ползущей субстанцией и ее ногами сократилось до нескольких сантиметров. Она замотала головой, отчаянно желая не допустить соприкосновения. К удивлению и облегчению девушки движение вещества прекратилось. Биоматерия продолжала скользить по стенам и потолку, подбираясь к стене за спиной Сары, однако у ее ног она остановилась и, словно в ожидании чего-то, замерла.
Усилием воли Сара повернула голову, чтобы посмотреть на происходящее за спиной. Поверхность стены полностью исчезла под слоем оползня. Ползущая плесень уже подкрадывалась к металлическому стулу, к которому была прикована девушка. Желание замедлить ее продвижение вспыхнуло в Саре с новой силой. И вновь усилия увенчались успехом.
За исключением Сары и горячего стекла, субстанция обволокла все помещение. Из динамиков, скрытых, как и все остальное в комнате под слоем вещества, раздался приглушенный мужской голос.
– Я хочу, чтобы ты, не произнося слов, заставила субстанцию заползти на твою руку. Сделай это немедленно.
Сара не хотела делать этого. Но у нее не было выбора. Невозможность неподчинения приказу была чем-то большим, чем просто условный рефлекс. И это «что-то» каким-то образом заложено в ее разум так, что она ни при каких обстоятельствах не способна отказаться выполнить прямой приказ... «…только если этот приказ не исходит от врага Конфедерации», - напомнило подсознание. Девушка не знала, откуда информация, или что конкретно представляет собой Конфедерация. Как не знала и того, кому принадлежит голос – Конфедерации, или ее врагу. Но затуманенный наркотиками мозг оказался не в состоянии адекватно реагировать на ситуацию. Сара подчинилась. Девушка мысленно позволила субстанции коснуться ее руки.
Биоматерия среагировала немедленно. И скорость ее перемещения оказалась гораздо быстрей, чем раньше. Девушка почувствовала, как оползень обвился вокруг ее руки и жадно исследует кожу...
Тогда Сара закричала. Захотела, чтобы ЭТО убиралось прочь. Субстанция подчинилась. Сара осознала, что вещество резко отпрянуло как единое целое, повинуясь ее воле.
Девушка почувствовала укол в шею. По мере того как наркотики воздействовали на нервную систему, перед глазами все поплыло. Через несколько мгновений Сара Керриган провалилась в сон, возвращаясь к своим кошмарам.

* * *

В отсеке для наблюдений доктор Фланкс скрупулезно фиксировал результаты эксперимента.
– Прежде оно никогда так не реагировало, – заметил ассистент. – Реакция просто удивительна! Ничего похожего на тесты с другими телепатами!
Через окно он продолжил следить за обмякшей в кресле Сарой. Инородная субстанция снова начала наползать на девушку.
Не отвлекаясь от монитора, доктор напечатал: «Подопытный субъект имеет врожденную способность взаимодействовать с предметом изучения».
– Да уж. Похоже, что военщина на этот раз оказалась права. Давайте начнем процесс эвакуации.
Лаборант кивнул и нажал кнопку на пульте. В смежном помещении на полу и стенах вспыхнуло множество красных огней. Оползень издал шипящий звук и под воздействием источников тепла, начал отступать в безопасность контейнера.
Не смотря на то, что видел этот процесс несколько раз, лаборант не переставал удивляться тому, как несколько мельчайших спор биоматерии могут менять объем в таких масштабах.
Доктор Фланкс нажал кнопку. Через мгновение диск с данными выехал из устройства. Ученый вручил диск ассистенту.
– Будь добр, как можно скорей сбрось эти данные в Локстон, – сказал он. – Чтобы там их переправили на Тарсонис.
Кивком подтвердив получение задачи, лаборант махнул рукой на другой отсек лаборатории.
– Что будем делать с ней? – спросил он.
– Ее ждет следующий этап, – доктор Фланкс вздохнул. – Посмотрим, как она будет взаимодействовать с личинками. А пока пусть посидит под наркотиками.
Помощник снова кивнул, наблюдая за окончательным «отступлением» биоматерии в контейнер. «Крип» – так они назвали это вещество.

* * *

Гиперион неуклонно двигался сквозь пространство контролируемое Умоджанским Протекторатом.
В грузовом отсеке Форест Киль изучал управление осадного танка. Старик сидел внутри металлического чудовища и его улыбающееся лицо купалось в радуге света от огней панели управления. Сэла Брок, одна из офицеров Менгска, сидела позади Фореста и знойным, гипнотизирующим голосом, объясняла ученику тонкости устройства машины.
– Осадный танк «Радуга», машина двойного назначения, – объясняла она, – как только атакующее подразделение достигнет оптимальной позиции для внедрения...
Услышав комментарий, Форест усмехнулся. Сэла сделала вид, что не расслышала ехидного смешка, и продолжила.
– ...Танк разворачивается в режим осады, и обеспечивает огневую поддержку из 120-ти миллиметрового ударного орудия.
– Ты только покажи мне, на какую кнопку жать, малышка! – Старик потер руки от предвкушения.
Сэла вздохнула и продвинулась вперед, чтобы продемонстрировать Килю, как развернуть танк в режим осады.

* * *

Тем временем, Сомо Ханг, обособившись от всех, сидел в столовой корабля. Отсутствие компании не тяготило его. Юноша вырос на внешней границе сектора, так называемой Периферии, – самом удаленном поясе пригодных для жизни планет и привык к одиночеству. Для несведущих людей Периферия - это, по большей части, край невежества и источник дешевой рабочей силы. Там предлагали изнурительную, но стабильную работу за мизерную зарплату. Те, кто осел на внешнем кольце, в основном держались особняком. Однако порой некоторые из трудяг принимались возрождать забытые вероисповедания. Другие, такие же - создавать новые. И то и другое сопровождалось последующим насаждением в массы, иногда граничащим с фанатизмом.
Родители Сомо никогда не замечались в поклонении новой религии или старой. Хотя они пожертвовали образованием ради стабильного заработка, они никогда не желали такой судьбы сыну. Они накопили денег и, когда Сомо достиг восемнадцатилетнего возраста, купили ему билет на Умоджу, в бурлящую Мекку возможностей.
Там юноша и остался. Когда он научился читать, то стал собирать медиа-библиотеку. Коллекционировал все: от философии и поэзии, до исторических хроник некоторых ключевых планет сектора. А два цикла спустя, эпидемия холеры убила всех на его родине, включая мать и отца. Сомо хранил память о них, безмолвно неся бремя потери. Он поставил себе цель – стать таким, каким его мечтали видеть родители.
Сейчас Сомо читал свою любимую медиа-книгу "История Войны Гильдий", одновременно с этим анализируя происходящее за соседними столиками. За одним столом, подозрительно косясь, сидела группа «варп-крыс». Гиперприводы являлись стандартом для любой уважающей себя космической державы, а варп-крысы были инженерами, что обслуживали их.
Парень старался не замечать крупных лысых механов, чьи изучающие взгляды становились все откровенней. Сомо не удивился, когда самый жирный среди них, крикнул:
– На кого ты хочешь произвести впечатление, деревня? Мы же в курсе, что чтение для вас дремучий лес!
Его приятели захихикали. Сомо посмотрел на них, усмехнулся, и продолжил читать.
Заводила, поддержанный одобрительными возгласами соседей, подошел к столу юноши.
– Эй, приколист, я просто хочу поговорить по-дружески, а ты как будто не видишь меня! Это невежливо!
Сомо развернулся на стуле, чтобы чел оказался за спиной, и продолжил чтение. В ответ на это здоровяк выхватил книгу из его рук и швырнул в ближайшую стену. Сомо покраснел. Его губы сжались в тонкую полоску. Он вскочил на ноги.
– Ну и что ты будешь делать, недомерок? – процедил сквозь зубы второй мужик, подходя поближе.
В этот момент раздался низкий хриплый голос.
– Любой, кто создает проблемы, не получит половину зарплаты.
Мужчины обернулись. Вразвалочку, заложив руки за спину, к ним направлялся Поллок Раймс.
– Что за причины для волнений?
Поллок остановился. Пытливым взглядом окинул каждого из присутствующих.
– Вот это недоразумение создает проблемы, сэр. – Здоровяк оглянулся на приятелей. Все как один дружно закивали.
– Не то слово! Чудит дярёвня! - добавил второй механ.
Пристально глядя в глаза Сомо, Поллок наклонился к нему и процедил:
– Если я поймаю тебя за нарушением субординации, рядовой, то лично займусь твоей дисциплиной.
Сомо отвел взгляд.
– Я не создаю проблем. Они хотят проблем, а не я.
– Ты не найдешь здесь сочувствия, недомерок. - Полок улыбнулся, обнажив ряд кривых зубов. – А сейчас, бегом марш, в грузовой отсек! Пришло время для изучения инструкции по правильному использованию и обслуживанию боевого скафандра ДВК-400(2)!
Сомо кивнул. Бросил последний взгляд на обломки медиа-книги и вышел из помещения.
– Благодарю вас, сэр, - осклабился инженер.
Поллок обернулся к здоровяку, и смерил его взглядом.
– Убирайся на место, варп-крыса.
Мужчина усмехнулся, показывая, что понял шутку лейтенанта. Однако немигающий пристальный взгляд офицера говорил, что тот не шутит. Варп-крыса вернулась за свой стол.

* * *

Несколько следующих интервалов прошли без происшествий. За это время сорок шесть волонтеров армии генерала Менгска изучили боевые скафандры, винтовки Гаусса и основы военного дела. Люди с нетерпением ожидали настоящей операции, и постоянно интересовались, когда же они смогут нанести удар по Конфедерации.
Столовая все больше походила на игорный зал, где кредиты выигрывались, проигрывались и выигрывались снова. Сомо никогда не звали принять участие, хотя, впрочем, у него и не было желания. Форест Киль назубок освоил управление осадным танком. Правда, он понятия не имел, когда его навыки будут востребованы. За время всего периода Менгск не показывался ни разу, вследствие чего легенды о нем разрастались подобно снежному кому. Одни говорили, что Менгск отшельник, другие - что он тратит свое время на медитации, третьи - что у него просто много хлопот. В какой-то момент даже появились слухи о том, что генерал серьезно заболел и скоро умрет.
Наконец, к неописуемому восторгу новобранцев (и облегчению паникеров), генерал объявил о совещании.
Для этой цели большую часть главного складского отсека очистили от груза и установили голографический проектор. Сорок шесть волонтеров и около тридцати старослужащих армии Менгска с нетерпением ожидали прибытия своего бесстрашного лидера. Сэла Брок с невозмутимым видом стояла около системы проекции. Через несколько минут она услышала металлический лязг прибывающего грузового лифта. Двери открылись. Поллок Раймс прошел вперед и шагнул в сторону. Арктур Менгск вышел после него.
Генерал прошел к проектору и кивнул Сэле. Поллок занял место справа от Менгска. Свет в отсеке погас. Голо-проектор заработал, транслируя изображение вращающейся алой планеты. Лейтенант скомандовал:
– Вольно!
Люди расслабились. Соблюдая тишину, они ждали, когда Арктур начнет говорить.
– Соратники, - начал генерал, - Совсем недавно разведка Умоджи предоставила нам информацию, необходимую для того чтобы мы смогли нанести первый ощутимый удар по ключевому объекту империи Конфедерации!
По залу пронесся гул одобрения.
– Отставить! - гаркнул Поллок.
Гул прекратился. Менгск продолжил.
– Наша цель находится на планете Виктор-5 сектора Копрулу. – Генерал указал на голограмму. - Некоторые из вас, возможно, знают, что Виктор-5 в основе своей пустынна, однако там существует погодная аномалия, не имеющая аналогов в базе данных по этой системе.
Менгск повернулся к раскаленной планете и кивнул Сэле:
– Увеличьте изображение.
Контур планеты постепенно исчез, когда программа начала изменять масштаб изображения поверхности. Теперь собравшиеся могли смотреть на пустыню, словно они непосредственно находились там. Камера скользила над относительно гладким рельефом местности, пока на горизонте не появилась огромная вращающаяся воронка.
– Аномалия известна как Пинакль Фудзита(3) – сложная система из высоких перепадов давления и блуждающих восходящих потоков, которые создали, грубо говоря, неподвижный смерч гигантских размеров и неограниченного существования. Это явление – четыре лиги в ширину и более двадцати – в высоту. Представьте себе, его диаметр – это длина двух боевых крейсеров! А в высоту он в несколько раз превосходит высочайший небоскреб Тарсониса!
Никто не сказал ни слова. Менгск стоял напротив вращающейся колонны света.
– Много лет назад, еще до Войны Гильдий, в эпицентре урагана был построен научно-исследовательский центр, для изучения явления. – Перспектива голограммы снова изменилась. Изображение, минуя границу аномального смерча, сместилось в его центр, где среди песка виднелся обширный комплекс сооружений. – Этот объект находится под ведомством Конфедерации, и мы только что узнали, что он используется для некоторых весьма секретных экспериментов. Мы сфабриковали сообщение для службы безопасности Фудзита, в котором говорится о внеплановой замене контингента охраны. Таким образом, охранники рассчитывают смениться в конце этого цикла, поэтому они уже предупредили патруль сектора о прибытии транспортника… нашего транспортника. Я считаю, что вояки только и ждут, как бы убраться отсюда пораньше. Поэтому они не будут сомневаться в подлинности смены. Таким образом, мы без проблем доберемся до планеты. Однако это лишь первый шаг. Охрана будет уверена, что новая вахта прибудет через подземный тоннель...
– Я был на Виктор-5! Терминалы туннеля имеют больше охраны, чем штаб-квартира Совета на Тарсонисе! – не сдержавшись, ляпнул вслух стоящий в первых рядах уроженец Умоджи, рядовой Сондерс.
Ветераны ополчения Менгска насмешливо посмотрели на выскочку. Но промолчали. Они-то знали, что прерывать генерала во время выступления не стоит.
Менгск смерил воина с головы до ног пристальным взглядом, после чего вновь повернулся к голограмме и продолжил.
– …Объект снабжается через систему подземных коммуникаций. Поставки производятся с близлежащего городка, под названием Локстон, располагающегося в пятидесяти лигах от комплекса. Атаковать город, как справедливо заметил наш друг, было бы слишком рискованно. Пытаться проникнуть в подземные туннели из пустыни – слишком сложно и трудоемко... Таким образом, для нас остается один путь. Мы пробьем брешь в обороне с воздуха, эскадрильей из четырех ДКВ(4) возглавляемой "Фантомом". Одна пара шлюпок заберет вооруженный отряд, две других - остальных гражданских, которых мы обнаружим. Любых конфедератов, которые пожелают сдаться.
«Новобранцев», – подумал Сомо.
– Один из аспектов аномалии нам на руку, – она практически полностью блокирует все средства наземного наблюдения, сканирования и передачи. Они не будут даже знать, что мы там, пока мы не свалимся к ним на голову.
Голографическая проекция начала смещаться вверх по центру колонны. Достигнув вершины торнадо, угол обзора изменился. Теперь, расположенные внизу сооружения отображались через призму вихрящегося туннеля.
– Средства обороны, в связи с труднодоступным месторасположением, минимальны. По периметру установлены четыре ракетные турели противовоздушной обороны.
Перспектива двинулась вниз по аэродинамической трубе, выровнялась у поверхности земли и поплыла по кругу, чтобы показать расположение четырех башен ПВО.
– Турели ПВО должны быть обезврежены прежде, чем начнется высадка десанта с воздуха. Как я сказал, они хоть и ожидают наши транспортники, они ожидают их в Локстоне, а не на объекте. Если турели будут функционировать, они откроют огонь по всему, что будет спускаться в трубу. Единственный способ предотвратить это, это ликвидировать их с земли.
Чернокожий рядовой по имени Тиббс спросил:
– Как мы доберемся до турелей, минуя ураган?
Выдержав паузу, Менгск ответил:
– Немного не так. Сержант Киль проникнет внутрь. Ему нужны четыре добровольца, для того чтобы на осадном танке пробиться через внешнюю границу Пинакля прямо во чрево зверя.
Среди присутствующих воцарилась оглушающая тишина. На Фореста обратилось море глаз. Старик улыбался в ответ, хотя не имел ни малейшего представления о том, как будет пересекать гигантский смерч. До этой минуты он даже не знал, что он сержант.
– Но силу ветра... преодолеть невозможно! - запинаясь на полуслове, выдавил один рядовой.
Менгск вздохнул.
«Похоже, Поллоку стоит поговорить с зеленью о правилах поведения на совещаниях», - подумал он.
Затем генерал приказал Сэле включить в отсеке свет и принялся объяснять, как именно Форест Киль с четверкой товарищей собираются сделать невозможное.

____________________
(1) Глобула – здесь полимерная цепь биоматерии. Одним из примеров глобулы могут служить белки.
(2) ДВК-400 - аббревиатура от: «Десантные войска Конфедерации». (СМС-400 - Confederate Marine Corps – агнгл.) - Модель скафандра – (прим. перев).
(3) Пина́кль (фр. pinacle, от лат. pinnaculum — заостренный верх крыши) в романской и готической архитектуре — остроконечная декоративная башенка (в данном случае - перевернутая). Фудзита - очевидно название дано в честь профессора Теодора Фудзита, который разработал шкалу классификаций торнадо. – (прим. перев.)
(4) ДКВ – Десантный катер класса «Выбрасывающий»

Глава 3. Око шторма.





Арктур три раза повторил Форесту как нужно действовать, но старик никак не мог поверить в возможность такого. Тем не менее, в итоге Киль все-таки уяснил основные моменты. Главная проблема заключалась в том, что когда танк войдет в зону ураганного ветра Пинакля, его просто поднимет в воздух и отбросит прочь, как детскую игрушку. Чтобы этого избежать, машина должна «пустить корни», в прямом смысле этого слова. Таким образом, решение состояло в следующем…

Задолго до колонизации пригодных для жизни планет, человечество освоило технологии создания и манипулирования силами гравитации. Аналогичные технологии для создания искусственной гравитации применяются на боевых крейсерах и в меньшей степени в скафандрах и осадных танках, чтобы использовать их на орбитальных платформах. Хотя большинство платформ имеет собственные поля гравитации, но если вдруг случится сбой в энергообеспечении, тот же танк может запросто унести в космос. Вот поэтому было принято решение обеспечивать скафандры десантников, танки, шагающие «Голиафы» и ховерциклы(1) «Стервятники», локальной системой создания гравитации.

…Словом, Форест Киль поведет танк через пустыню Виктор-5. Машину модифицировали таким образом, что при нажатии на особую кнопку, действующая на танк сила гравитации увеличится в шесть раз. Однако внутри, в герметичной кабине, давление оставалось неизменным.
Минус был только один. Испытания такой специфической техники никогда не проводились в полевых условиях. Поэтому Сомо с товарищами были не в восторге от роли первопроходцев в данном начинании. Тем не менее, по словам Менгска, выбора у них не было. И времени – тоже.
Из перехваченных переговоров служб Конфедерации удалось выяснить, что согласно графику, перевозчик класса «Мамонт», прибывает на планету в конце интервала. Конечная точка следования – город Локстон. Соответственно, прежде чем совершить посадку, судно пройдет через внешнюю орбиту, где сейчас находится Гиперион. Этот факт внушал беспокойство. Так как каждый авиаперевозчик Конфедерации обязательно сопровождается несколькими истребителями или даже боевым крейсером. Таким образом, группа захвата Менгска должна действовать настолько быстро, насколько это возможно.

Вход в космическое пространство Конфедерации оказался достаточно простым. Специалисты Умоджи по праву считались профессионалами по взлому кодов на точки выхода из подпространства, как военных, так и коммерческих судов. Патруль системы Виктор-5 встретил Гиперион. При процедуре идентификации военные посетовали на то что, очевидно прибывшие работяги послужили причиной срыва грандиозного туристического вояжа к Пинаклю, запланированного еще несколько интервалов назад. Хотя конечно Менгск знал об истинной причине отмены тура, – он совпадал с прибытием государственного авиаперевозчика. Конфедерация итак не жаловала гражданское население, а когда то совало свой любопытный нос в ее темные делишки - особенно.

Танк сбросили в нескольких лигах от Пинакля точно у Плато Обозрения, прямо к заграждению охраняемой зоны. С этой возвышенности гости и жители Локстона, используя взятые напрокат телескопические очки, созерцали аномалию.

Оказавшись на земле, Форест не смог разглядеть Пинакль из-за пересыпающихся барханов. Однако его волновал другой вопрос: видели ли снижение корабля находящиеся на плато гражданские? А что если они заметили танк, который сейчас движется к своей цели? Хотя, большинство людей, заплативших за любование видом Пинакля, вряд ли будет утруждать себя изучением окружающей их непроходимой пустыни. И даже если они увидят танк, то скорей всего не придадут данному факту никакого значения. А если и придадут то, к тому времени, пока они всполошатся, пока сообщат куда следует, и пока подразделения Локстона начнут действовать, будет уже поздно.

Переваривая в голове все это, Форест решил, что слишком много думает. Опустив лицевой щиток скафандра, он сосредоточился на обзорном дисплее и принялся изучать линию горизонта.

Танк полз через гряды низких холмов. Езда по ним больше походила на морскую качку. Постепенно, малые дюны становились все больше. Сомо внезапно почувствовал приступ морской болезни. Он закрыл глаза и сконцентрировался. Мельком взглянул на остальных. Ему показалось, что они, за исключением Поллока, чувствуют себя немногим лучше его. Раймс пристально посмотрел на Сомо. В его взгляде ощущался холод. Зато танк был очень горяч. Что, несмотря на блок-кондиционер в скафандре, совсем не способствовало положению Сомо. И в довершение ко всему, крохотный отсек танка вызывал чувство клаустрофобии и дискомфорта. Сомо не знал, на какое количество мест для десанта рассчитан танк, но в одном он был уверен - точно не на пять. По крайней мере, пять – это уже слишком.

Дюны увеличивались в размерах. На каждом подъеме и спуске Сомо чувствовал, что его вот-вот стошнит. Однако к вящему облегчению, движение танка наконец выровнялось. Начался долгий подъем. После нескольких таких подъемов, Форест остановил машину на вершине самой высокой дюны.
– Да быть мне дядей кикиморы! - воскликнул старик. В его голосе звучало благоговение.
Услышав реплику, десантники сгрудились у переднего обзорного экрана. На месте остался лишь Поллок.

То, что они увидели, выглядело как огромный монолитный столб песка, поднимающийся к небу и исчезающий в его вышине. Можно было заметить, что воронка постоянно крутится. Правда, с такого расстояния все выглядело так, как будто завихрения перемещаются очень медленно, словно видеозапись в замедленном режиме. У подножия Пинакля висело огромное облако пыли, внешне напоминая растревоженное гнездо злых шершней.
– Хорош глазеть. Поехали, - приказал Поллок.
Все сели обратно на свои места. В животе Сомо непривычно заурчало. Он сделал несколько глубоких вдохов и приказал себе успокоиться. «Все будет хорошо», - подумал он. – «Никаких проблем». Форест включил передний привод, и танк, накренившись вперед, начал спускаться с гигантской дюны.

* * *

Сэла в легком скафандре пилота и с зажатым подмышкой шлемом стояла на мостике Гипериона и из-за плеча Менгска всматривалась в дисплей системы слежения. На экране отображалась большая красная точка и, чуть пониже ее, маленькая зеленая. Зеленая точка ненадолго остановилась, потом возобновила сближение с красной. Менгск сидел, подперев кулаками подбородок, и внимательно следил за движением к цели.
– Хорошо лейтенант, - наконец произнес он. - Готовьтесь к вылету.

* * *

Сара Керриган вновь и вновь переживала свой кошмар. На этот раз он был чуть-чуть другим: красная, раскаленная линия разделила темное помещение на две равных части, сдерживая багровое вещество на другой стороне. Расползающаяся масса иногда касалась источника высокой температуры и резко отступала назад. Как и прежде, Сара была связана и находилась перед черным окном. Истощенная, замученная, она чувствовала, что наркотики все еще действуют. Напротив себя, под окном, девушка увидела щель. После прихода в сознание, она не заметила ее сразу. Сейчас, присмотревшись, Сара увидела, что масса проникла в отверстие. Из щели донесся звук. Чавкающий звук, словно кто-то пытался вытащить застрявшую в грязи ногу.
Там находилось что-то липкое и влажное.
Звук становился все громче и настойчивей. Девушка поняла, что независимо от того, что делает источник шума, он скоро будет здесь.
Сара все еще надеялась, что у нее есть шанс. Что это просто сон. Что прежде, чем "что-то" в дыре проникнет в комнату, она проснется.
Тогда появилось это существо.

* * *

Пересыпающиеся барханы остались позади. Оказалось, что прилегающая к смерчу область совершенно, можно сказать неестественно, ровная. Весь сыпучий песок давным-давно затянуло в торнадо, а то, что осталось, представляло собой спрессованную породу, изрезанную паутиной трещин. Ветер дул с такой силой, что Сомо слышал его удары о корпус танка даже через шлем скафандра.
– Мы на расстоянии двух лиг, - сообщил группе Форест.

Сомо почувствовал, что живот перестало крутить. Однако теперь парень ощущал некоторую неуверенность. Неуверенность в том, что он действительно настоящий солдат. Неуверенность в том, что сделал свой выбор самостоятельно. И неуверенность в том, что хочет ли он войти в эпицентр песчаной бури во имя Революции.

В то время пока мысли одолевали разум, Сомо почувствовал, что танк сбавляет ход. Услышал, как двигатель увеличивает обороты и надсадно гудит, чтобы преодолеть силу ветра. Тогда он подумал, хватит ли у машины мощности, чтобы достичь хотя бы внешней границы бури.
– Мы в пределах одной лиги, - просипел Форест. Из-за шума ветра его практически не было слышно. Поллоку пришлось повысить голос, чтобы его услышали. Он посмотрел на механика-водителя, ожидающего приказа, и кивнул.
– Хорошо. Пришло время утяжелиться!

Форест включил гравитационные ускорители. С невыносимо медленной скоростью танк пополз вперед.
Казалось, прошла вечность, прежде чем крупинки песка забарабанили по броне танка. Сомо посмотрел на монитор и сообразил, что они достигли песчаной бури в основании смерча.
В течение долгого времени никто не произнес ни слова. Все сидели и слушали, как порывы ветра бьют по броне, как сплошным ливнем стучит песок, как завывает от перегрузки двигатель.
Еще через один бесконечный промежуток времени Форест снова подал голос:
– Мы достигли наружного периметра. Движок раскален. Я не знаю, насколько его еще хватит!
Поллок бросил на Киля испепеляющий взгляд.
– А я не знал, что ты крутой спец по двигателям танков. Полный вперед.
Голос Раймса прерывался. Систему внутренней связи забивали помехи. Сомо знал, что скоро, как только они окажутся внутри воронки, передатчики не будут работать вообще.
–Все-е зашиби-ись... - пробормотал Форест, сосредоточив внимание на панели управления. – Заезжаем в заповедник.
Танк тяжело полз через периметр внутрь Пинакля Фудзита.

* * *

Арктур Менгск сидел, наблюдая за таймером на консоли. Нажав тангенту на лацкане, он произнес в петличный микрофон.
– Они должны быть на месте, лейтенант. Приступайте к проникновению.
– Принято, сэр, - знойным голосом ответила Сэла.
Арктур откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. «Именно сейчас… Действительно все начнется», - подумал он. – «Скоро мы получим доступ к любым тайнам Конфедерации. Но, что более важно, встанем на путь мести. И когда-нибудь, счета за сломанную жизнь, будут оплачены».

* * *

…Кажется, существо являлось каким-то насекомым. Оно имело сегментированное с множеством ног тело, и выделяло слизь из брюшка. Используя крошечные конечности и извиваясь подобно хвосту змеи, насекомообразная тварь поползла вперед. При движении она издавала тот самый липко-сосущий звук, который и слышала Сара. Существо переместилось на край фиолетовой массы, а затем остановилось, исследуя открытое пространство двумя маленькими усиками. Выгибаясь в направлении Сары, тварь приподнялась на задних конечностях и оказалась на уровне глаз девушки. Крошечные ноги засучили туда-сюда, когда существо слегка вытянуло голову вперед и принялось раскачиваться перед лицом Сары.
Сара смотрела в фасеточные глаза насекомообразного. Девушка не понимала, откуда они знают друг о друге. Она не была уверена, но ей казалось, что существо ждет... Словно солдат… Ждет приказа сделать шаг.

* * *

Находящийся в комнате наблюдения, доктор Фланкс поразился увиденному. Бросив все, он принялся лихорадочно печатать отчет. Ассистент, раскрыв рот, следил за ситуацией в соседнем помещении.
– Ну, я бы сказал, что очевидно есть какой-то способ общения между ними, - предположил он.
Доктор кивнул и сосредоточил внимание на происходящем в лаборатории. Личинка ждала у ног подопытной, как выпрашивающее еду домашнее животное. Это было действительно удивительно.
– И что теперь? - спросил лаборант.
Ученый пожал плечами.
– Не имею ни малейшего понятия... Ясно одно, что телепаты, а особенно этот пациент, могут взаимодействовать с инородным видом.
– Но может ли она контролировать их?
Доктор подумал.
– Посмотрим, - наконец сказал он, - может ли она отдавать твари приказы.

* * *

Танк с повстанцами находился внутри смерча и медленно продвигался к внутреннему барьеру. Под напором ветра машина накренило на один бок. В какой-то момент что-то, (скорей всего не очень существенную деталь), оторвало от башни и унесло вихрем. Оглушительный рев ветра не смолкал ни на секунду. Сомо не сомневался, - не будь шлема, в уши пришлось бы вставить затычки.

Внутри торнадо передвижение практически не ощущалось. Тем не менее, танк передвигался вперед. Лишь к реву мотора добавился подозрительный шум, словно в глубине двигателя что-то застучало. Но Поллок, как и остальные из команды знали, что в эпицентре урагана они бессильны что-то сделать.

Сомо в который раз посмотрел на монитор перед Форестом. Картинка на нем не менялась - один сплошной песок. Однако парню вдруг показалось, что он разглядел очертания одного из сооружений комплекса Фудзита.

Сооружение напоминало громадный валун посреди густого тумана. Черная громада комплекса, различные конструкции изредка мелькали в песчаном хаосе. И, чем дольше Сомо наблюдал, тем больше проступали очертания строений. Вскоре он уже мог различить радиомачты и спутниковые тарелки. Танк неумолимо двигался к эпицентру воронки. Рев урагана то накатывал, то отступал, после чего утих и сменился шумом сильного ветра.
Танк остановился. Поллок подал сигнал к высадке.

Сомо Ханг вылез из танка первым. Спрыгнув на землю, он попытался сделать несколько шагов и споткнулся. Он ударил по кнопке управления забралом шлема, чтобы глотнуть свежего воздуха. При инструктаже до десантников довели, что воздух на Виктор-5 пригоден для дыхания. А назначение скафандров – защита от противника. Неожиданно парень почувствовал горечь в горле, а затем его желудок сжался в спазме. Он согнулся пополам, изрыгая на землю два последних обеда. Справившись с рвотой, Сомо вытер рот. Затем он поднял глаза и остолбенел от увиденного.

Стена песка вращалась вокруг Пинакля. Потоки воздуха несли песок против часовой стрелки. Хотя с внешней стороны ветер дул сильнее, Сомо ощущал его ярость и здесь. В том месте, где танк проехал сквозь «стену», он увидел пятно. Слегка поворачиваясь по мере смещения отметины, Сомо проследил за ним, а затем посмотрел вверх. Голова моментально закружилась, и парень почувствовал, что сейчас его снова стошнит. Он ощущал себя так, словно находился внутри живой свирепствующей башни.

Поллок схватил Сомо за руку и развернул его в нужную сторону.
– Очнись, придурок! – услышал парень его крик. – Поднимай свою пушку и начинай уже палить по той турели!
Согласно плану, от группы требовалось уничтожить четыре турели ПВО. Танк выехал из урагана всего в нескольких десятках шагах от одной их них. Эта ракетная установка и стала первоочередной целью пехоты. Правда, чтобы уничтожить ее из ручного оружия требовалось время. Тогда как остальным трем будет достаточно по одному выстрелу из ударной пушки танка.

Благодаря тому, что система наведения осадного танка захватывала цели по тепловому сигналу, «глушащие» системы Пинакля не могли сбить ее с толку. Форест Киль проворно стучал пальцами по панели управления. Он ощутил движение механизмов где-то внизу - это выпускались опорные стойки танка. Машина слегка приподнялась и, секундой позже, зажегся индикатор готовности. «Супер! Самый смак!» - подумал старик, надевая защитные наушники и фиксируя прицел на первой ракетной установке.

***

Голос... Тот самый голос, который приказал Саре пустить мерзкое существо на руку в прошлом кошмаре, теперь велел ей заставить личинку проследовать обратно в другой конец комнаты. С выполнением приказа проблем не возникло - близость создания нервировала ее. Мысленный приказ девушки почти вырвался наружу, когда концентрацию ее внимания нарушило что-то, похожее на... стрельбу. Пол заходил ходуном, когда за выстрелами последовал взрыв. Где-то завыла сирена. Сара заинтересовалась происходящим. Она посмотрела в дальний конец комнаты и тут вдруг сообразила, что существо выполнило приказ. Каким-то образом, оно ее поняло. Несмотря на полубредовое состояние, Сара осознала важность события - между ней и тварью установилась необъяснимая связь.
Звуки стрельбы раздавались все настойчивей, затем громыхнул взрыв. Сара почувствовала укол у основания шеи, жар, а потом реальность канула в небытие.

* * *

Когда началась стрельба, доктор Фланкс как раз приказал Саре подчинить насекомое. Сигнал тревоги разнесся по периметру. Лицо лаборанта стало белее снега, и он в смятении посмотрел на профессора.
– Мне кажется, на нас напали... - выдавил он из себя.
Доктор оглянулся на комнату, где содержался «объект экспериментов». Он увидел, что тварь выполнила команды девушки. «Не сейчас», - в мыслях взмолился профессор. – «Только не сейчас! Только нападения нам не хватало!»

От близкого взрыва вздрогнули стены. Доктор Фланкс нажал на пульте кнопку. Под воздействием инъекции подопытная потеряла сознание.
Ассистент Фланкса в ступоре пялился на стену, за которой гремел бой.
– Ч-что нам делать? Что, ч-черт возьми, нам де-елать? – запинаясь на полуслове, произнес он, повернувшись к доктору.
– Держите себя в руках. Мы просто подождем здесь. Вспомните, нас охраняет целый отряд космодесантников!
– Да ... да. Совершенно верно. - Лаборант заулыбался. Оттер пот со лба. – Все будет хорошо.

* * *

Несмотря на то, что силовые упоры предназначались для поглощения отдачи орудия, тем не менее, толчок оказался внушительным. После выстрела ударного орудия, танк содрогнулся с такой силой, что не пристегнутый к креслу Форест полетел на пол. Несколько ошеломленный сержант вернулся на место. Пристегнулся. После чего снова приступил к подготовке ко второму выстрелу.

* * *

Истребитель "Фантом" CF/A-17G сопровождающий группу из четырех транспортников сквозь атмосферу Виктор-5, завис над Пинаклем Фудзита. Сидя в кресле пилота, Сэла подалась вперед, чтобы полюбоваться прекрасным видом. Даже на такой огромной высоте, через стекло фонаря кабины, - величие Пинакля захватывало дух. Девушка чуть ли не кожей ощущала создаваемые аномалией возмущения. Сэла посмотрела на дисплей компьютера, что отслеживал тепловые сигналы. Четыре красных точки обозначали турели ПВО. Одна из них вдруг погасла. Потом исчезла другая.
«Осталось еще две», - подумала Сэла. В ожидании момента, когда десант на земле уничтожит ракетные установки, лейтенант снова увлеклась созерцанием красоты Пинакля.

* * *

…Комендор-сержант Митч Тэннер чуть ли не рыдал, когда получал назначение на Виктор-5. Уж он-то знал, что нянчиться с учеными выродками, когда они мастерят, или уже смастерили сверхсекретное дерьмо, - удовольствие ниже среднего. И сержанта ни капли не волновало, что эксперименты проводятся с доселе неизвестными жукоподобными инородцами. Самое главное, что инородцы не имели оружия и, кажется, не хотели лезть в драку. Да и выглядели не менее забавно, чем пожарник, тянущий лямку в замерзшем захолустье Саулсета. Правда, ботаны были не лучше, – не бухали и не играли в азартные игры. Так какой, спрашивается, с них толк? Пинакль интересен для экскурсий... в начале вахты. А вот после первого планетарного месяца новизна уже приелась…

Вот поэтому, чтобы скоротать срок, Митч провел за чисткой скафандра и винтовки столько времени, что теперь мог почистить их даже во сне. В том, что сослуживцев тоже достала рутина, он тоже нисколько не сомневался. Из приятных новостей была только последняя: к ним прибывает замена. И это, само собой, означало то, что скоро комендор-сержант Митч Тэннер и его Гамма-подразделение вернутся к любимым занятиям. То есть к силовому урегулированию беспорядков и конфликтов, ну и самое главное – к избавлению шахтерских дочерей от наскучившей невинности. Занимая мысли приятными перспективами, Митч в тысячный раз чистил скафандр и терпел нескончаемую суету вокруг благодаря бутылочке виски «Скотти Болджер. Выдержка №8», Тарсонианского розлива.

Митч сделал маленький глоток и вдруг услышал что-то, удивительно напоминающее... стрельбу. Комендор-сержант замер на стуле и прислушался.
«Действительно – стрельба», - сделал вывод он. – «Неужели ребята затеяли какую-то разборку? Пьяный дебош, вылившийся в мордобой? Сальные шуточки по поводу чьей-то матери? Может быть...» Митч терялся в догадках. Пока не услышал сирену периметра.
– Святые угодники, нас атакуют! - заорал он, с ходу начиная паковаться в скафандр.

Сержанта интересовал лишь один вопрос: «Как кто-то из обитателей известных систем смог прорваться в Пинакль?» Нарушители не спускались с неба, иначе бы он услышал огонь турелей.
В это время раздался оглушающий взрыв, невероятно напоминающий залп из осадного танка.
«Они пытаются уничтожить турели!» - пронеслась в голове мысль. – «Значит все серьёзно! Они уже внутри и если они взрывают турели, значит, ждут поддержку с воздуха!»

Прогремел еще один взрыв. Он отличался от первого. Стрельба мгновенно прекратилась.
«Им удалось взорвать одну пэ-вэ-ошку из ручного оружия», - понял Митч. – «Теперь у нас осталось только две турели! А я-то переживал, что здесь будет скучно!»
Закончив со скафандром, комендор-сержант взял в руку гаусс-винтовку и прогрохотал на выход из казармы.


* * *

Повстанцы во главе с Поллоком наконец разрушили ближайшую к танку ракетную установку. Форест Киль поймал в прицел третью и выстрелил. Танк тряхнуло. Точка, отображающая на тактическом экране третью турель ПВО, исчезла. «Надеюсь, толстая леди разогрелась и готова кукарекать», - подумал старик, наводя орудие на последнюю установку в противоположной части комплекса. Тут он услышал какое-то жужжание. Нахмурившись, Форест глянул на нижнюю часть дисплея. Предупреждение мигало красным цветом.
– Цель вне диапазона, - прочитал он. - Ну что ж, это не проблема.

Все, что от него требовалось, это свернуть танк в походный режим и проехать вдоль периметра сократив тем самым дистанцию до цели. Форест услышал как «лапы» втягиваются в корпус. Танк приопустился. Сержант включил скорость, нажал на акселератор, и…
Ничего не произошло. Стук в двигателе возобновился, причем значительно громче, чем прежде. Через некоторое время раздался громкий хлопок, что-то зашипело, забренчало, и двигатель окончательно заглох.

Форест снял шлемофон и открыл люк танка. Поллок находился у основания взорванной десантниками турели. Он вопросительно посмотрел на водителя. Киль указал на танк и правой рукой с силой хлопнул по шее. Раймс понял. Он связался с отрядом и приказал вернуться.


* * *

«Что-то не так», - подумала Сэла ожидая, когда последняя красная точка исчезнет с дисплея. – «Они уже должны уничтожить все турели».
Точка, обозначающая танк, не двигалась.
«Скорей всего выведен из строя». Сэла решила связаться Менгском.
– Сэр, последняя турель все еще функционирует. Какие будут указания?
Динамики шлема заговорили голосом Менгска:
– У нас заканчивается время, лейтенант. Авиаперевозчик приближается и в эскорте у него боевой крейсер. Если последняя башня не будет уничтожена в течение пяти минут, вам придется расстрелять ее из бортовых лазеров. Защита истребителя должна выдержать. Вне зависимости от результата, десантные катера должны приземлиться в ближайшее время. Кроме того, у нас есть еще отряд на земле, чтобы побеспокоиться по поводу противовоздушной обороны.

– Вас понял, сэр. – Сэла сделала паузу, все еще надеясь, что точка исчезнет. Ей не улыбалось лететь в Пинакль при действующей установке системы ПВО. – Всем ДКВ. Вводная. Точка сброса – на пяти.
«В любом случае». Девушка перевела взгляд обратно на экран.
Красная метка была все еще там.

* * *

Поллок подозвал группу к себе.
– Танк не может взорвать последнюю турель, так как находится вне диапазона поражения! – подняв лицевой щиток, сообщил он. – Отказал двигатель! Так что нам придется достигнуть противоположного края комплекса и уничтожить установку из гаусс-винтовок!
Повстанцы приготовились.
– Будьте уверены, мы встретим сопротивление противника в ближайшее время! - проорал Раймс, когда отряд рысцой побежал вдоль периметра северо-восточной стороны комплекса.
Сомо догадывался, что это такое: «сопротивление противника». Это целый отряд головорезов Конфедерации. По крайней мере, человек двадцать пять. Хоть он и никогда не был силен в математике, но текущий расклад не вызывал никаких сомнений: четверо против двадцати пяти, – это никаких шансов.

* * *

Тем временем, покинув казармы, сержант Тэннер и его люди увидели останки турели на южной стороне комплекса. На ее месте осталась воронка. Правда, с данной точки Митч не видел другие установки ПВО. Тогда он припомнил, сколько слышал взрывов, когда находился в казармах.
«Только в одном направлении ничего не взрывалось. В северо-восточной части».
Охранники обогнули генераторы питания комплекса и были вознаграждены видом неповрежденной, полностью функционирующей ракетной турели. Не теряя времени, бойцы рассредоточились вокруг нее. Несколькими секундами позже показались шлемы их товарищей из Южной лаборатории.

* * *

Отряд Поллока упал духом. Танк бесполезен, противник занял оборону около последней турели. Огненный шквал хлестал, не переставая по сооружению за которым прятался Сомо. Его товарищи залегли сзади. Единственный вопрос, что волновал парня: как им выкрутиться из опасного положения. Сомо так и не нашел решения, как неожиданно стемнело. Свет и так плохо проникал внутрь Воронки, однако когда "Фантом" и четыре десантных катера появились в горловине Пинакля, освещенность упала до минимума. Сомо поднял глаза кверху и начал наблюдать за снижением кораблей. Когда до земли оставалась примерно половина высоты Воронки, турель ПВО пришла в движение. Фантом вырвался вперед, чтобы принять на себя массированный ракетный удар. Яркие разрывы расцвели вокруг истребителя, а пара штук попала в защитные экраны. Помимо залпов системы ПВО, истребитель подвергся атаке из ручного оружия. Сомо быстро сообразил, что это стреляет противник. Что означает… Охранникам сейчас не до четверки нарушителей!
– Уроем их! - заорал лейтенант. - Ну!

Поллок привстал на одно колено и начал стрелять. Десантные катера достигли поверхности позади Сомо и оказались в мертвой зоне линии огня охранников.
Юноша подумал, что если сейчас они не уничтожат турель… Фантом обречен. Он высунулся из укрытия и осмотрелся. Конфедераты утопали в клубах белого дыма от реактивных снарядов ПВО. Сомо вскинул винтовку, чтобы выстрелить, как вдруг замер. Он никогда раньше не стрелял в людей, поэтому колебался. Его товарищи открыли огонь. Юноша увидел, как несколько охранников упали, а другие стали отстреливаться. Сомо нырнул обратно за укрытие, где получил по шлему от Поллока.

– На твоем месте я бы лучше палил в белый свет, как в копеечку! Или я зафутболю твою задницу в этот шторм! - проорал лейтенант.
Сомо закивал. Он сделал вывод. Желание выжить гораздо сильнее нежелания убивать.
Поллок вернулся на позицию и снова вступил в бой. Сомо высунулся и, наведя мушку на ближайшего противника, нажал на спуск у винтовки.
Секунду спустя, двадцать бойцов Менгска устремились вперед, чтобы поддержать отряд Поллока и решить судьбу солдат Конфедерации.

* * *

Между тем Сэла попала под плотный огонь. Защитные экраны фактически сошли на «нет». Правда, турель тоже получила серьезные повреждения. Взрывные лазеры истребителя делали свое дело, но недостаточно эффективно. Реактивные снаряды в любой момент могли сбить Фантом. Практически все десантники ушли. Кроме нескольких, что вели перестрелку с наземными силами комплекса…

* * *

…Митч Тэннер знал, что это значит. Практически все из его команды... они лежат у его ног. Транспортники приземлились. Позицию долго не удержать, да и турель практически разрушена. Истребитель-нарушитель выдержал шквал огня, но вероятней всего, его защита оставляет желать лучшего. Враги слишком хорошо укрылись, чтобы сделать хороший выстрел.
Это конец.
Так что комендор-сержант Митч Тэннер навел оружие на последнюю цель, до которой он мог достать в любом случае.
Фантом.

* * *

Турель перестала функционировать как раз тогда, когда от защитных экранов остались одни воспоминания. Сэла практически обрадовалась сему факту, как вдруг осознала, что по машине все еще ведется огонь. Пехотинец. В нее стреляет один из охранников! Одинокая ракета ударила в правое крыло. От попадания истребитель бросило в вихрь стены из песка. Девушка на мгновение ослепла и потеряла контроль над машиной. Фантом затянул ураган. С этого момента девушка могла различить только крошечные огни на панели управления вращающейся кабины. Она чувствовала, как растут перегрузки, и считала секунды до смерти. Затем ее сознание померкло.

* * *

Сомо увидел, как Фантом затянуло в смерч. Он исчез в мгновение ока и, скорей всего, его выбросило куда-то в пустыню. «Выжила ли Сэла?» - подумал парень. Тут же он вспомнил о приказе Поллока и выскочил из укрытия, чтобы прикрыть огнем товарищей. Хотя особой нужды в этом уже не было. Все охранники были перебиты. Кроме одного, который стоял, глядя в небо, с чувством глубокого удовлетворения.
Поллок рванулся вперед, стреляя на ходу. Шквал огня ударил по сержанту Тэннеру. Под напором очередей охранник отступал назад, пока не коснулся края Пинакля. Ураган сбил его с ног. У Сомо возникло ощущение, что в смерч попал не человек, а детская игрушка. Игрушечную фигурку затянуло в круговерть. И теперь она металась в хаосе вверх-вниз, туда-сюда.
А потом солдат исчез…

* * *

…Опасаясь шальной пули, доктор Фланкс и лаборант лежали на полу в лаборатории и ждали окончания конфликта.
– Слышишь, - сказал доктор, – стрельба прекратилась. – Он улыбнулся. – Я же говорил, что все будет в порядке.
Помощник лихорадочно закивал. Он слегка повеселел и тоже улыбнулся доктору. Чуть позже ученые услышали шаги, сопровождаемые металлическими ударами, как будто снаружи кто-то разгуливал в тяжелых ботинках. Люк, ведущий в исследовательскую лабораторию, открылся. На пороге появился человек в боевом скафандре. Отличительных знаков Конфедерации на его броне не было. Доктор Фланкс замер, и улыбка сползла с его лица.

Поллок поднял гаусс-винтовку и направил прямо в лицо доктора.
– Отныне вы пленники войск сопротивления, - объявил он.
В помещение зашли еще три человека в бронескафандрах. Один из них прицелился в ассистента. Сомо посмотрел на находящихся под прицелом ученых, а затем обратил внимание на окно соседний отсек. Он приблизился к проему и замер на месте, не веря своим глазам.
Примерно половину помещения затянула багрянистая субстанция. В противоположном конце комнаты, на металлическом стуле, уронив голову на грудь, сидела женщина. На ней был простой зеленый балахон, а волосы имели огненно-рыжий цвет. Прямо перед женщиной расположилось существо, напоминающее жука-переростка. Тварь скрутилась в клубок и, как будто, дожидалась пробуждения незнакомки.

– Что это за комплекс... - начал Сомо.
Поллок подошел к нему и заглянул в комнату.
– Забираем с собой все, что можем, – распорядился лейтенант. – У нас десять минут. Что не получится вынести, сожжем. Приступаем.
Спустя несколько минут, четыре повстанческих транспортника оторвались от земли и покинули горящие развалины комплекса Фудзита. Каким-то чудом, после нескольких попыток двигатель танка ожил на достаточно долгое время, чтобы Форест смог погрузиться в транспорт. После того, как взорвали последнюю турель ПВО, транспортники взмыли над Пинаклем. Они проследовали в пустыню к точке падения истребителя, сигнал от которой отследил один из пилотов.

Фантом оказался наполовину погребен в песке. Без сознания, чуть живую, Сэлу Брок извлекли из машины и подняли на борт. Остаток пути прошел без происшествий. Повстанцы вернулись на Гиперион.

________________

(1) Ховерцикл «Стервятник»– легкий летательный аппарат использующий для передвижения над землей технологию парения в слабом гравитационном поле.

Глава 4. Призраки прошлого.



…Факт нападения повстанцев на Виктор-5 в «Сети Новостей Вселенной» пестрил недомолвками, извращением фактов, да и вообще многочисленной ложью. Что, впрочем, было нормой для средств массовой информации, контролируемых Советом Конфедерации. Любая информация до эфира в СНВ проходила жесткую цензуру со стороны правительства, и инцидент на Виктор-5 не стал исключением. Инцидент представили как террористический акт на экспериментальной экологической установке. Ущерб: несколько гражданских погибло, ценные научные данные, касающиеся Пинакля Фудзита – утрачены…

Арктур задавался вопросом, как долго люди будут позволять вводить себя в заблуждение. Хотя он прекрасно знал ответ. До тех пор, пока средства массовой информации в кулаке Конфедерации, последняя может рисовать любые картины, какие пожелает. И все что сделали Сыновья Корхалла, не более чем крошечные вмятины на ее броне. Необходимо совершить что-то такое, такого масштаба, чтобы даже средства массовой информации не смогли замять это дело.

«Всему свое время», – напомнил генерал себе. Ученые приступили к изучению мертвых чужеродных организмов, (Поллок решил, что в таком виде их будет легче и безопаснее перевезти), и субстанции. Арктур никогда не видел ничего подобного. Контакт с пришельцами имел место быть, и Конфедерация утаила информацию от населения. На основании тех фактов, которыми на данный момент он располагал, напрашивался очевидный вывод – конфедераты намерены создать какое-то биологическое оружие. Конфискованный из лаборатории доклад, а также рапорты Раймса и Ханга служили неоспоримыми доказательствами сего факта. Конфедерация проводит эксперименты по изучению взаимодействия между пришельцами и людьми. И эта женщина, что лежит сейчас перед ним, единственный подопытный, которого удалось вытащить оттуда.

Что случилось с другими? Что Конфедерация уже выяснила о пришельцах? Но больше всего Арктур Менгск хотел знать, почему именно она? Насколько эта женщина важна для Конфедерации? Он подумал, что пленница может оказаться ценным союзником. Если бы...
Сомо зашел в медицинский отсек. Арктур сидел недалеко койки с Сарой и задумчиво смотрел на нее. Девушка все еще находилась в бессознательном состоянии. Генерал либо не услышал шагов Сомо, либо просто не обратил внимания на нежданного посетителя.

– Сэр? - произнес Сомо. Генерал взглянул на него так, словно его вынудили принять мучительное решение.
– Сэр, с ней все будет хорошо? - юноша двинулся в сторону Сары.
Арктур оглянулся на нее, словно задавая себе этот же вопрос. Сомо показалось странным поведение генерала, но он не сказал ни слова.
– Посмотрим. Узнаем все, когда она придет в себя после хирурга.
– Неужели настолько все плохо?

В глазах Арктура снова появилась отрешенность. Словно вопрос Сомо вогнал его в ступор. Затем он ответил:

– Хм... Да. Но не из-за травм от опытов, которые нуждались в операции. Медики в лазарете все исправили. Она все еще под воздействием наркотиков.
Арктур встал и подошел к кровати. Он взял огненно-рыжие волосы Сары, отвел их за левое ухо и обнажил шею девушки.
– Видишь этот шрам?
Сомо кивнул. Генерал продолжил:
– Этот шрам означает, что наш пациент, Призрак. Один из наиболее обученных и опасных агентов Конфедерации. Это также означает, что она - телепат.
– Вы имеете виду, что она может читать мысли? – Сомо опешил. Он выглядел так, словно внезапно очутился в компании сверхъестественного существа.
– Да. И возможно не только это. Телепаты обладают способностями, которые даже в Конфедерации не способны понять до конца. Именно поэтому они вживляют Призракам в мозг "нейронные ингибиторы". Для полного контроля. – Менгск указал на шрам. – Это обеспечивает полное подчинение приказам и, в большинстве случаев, стирает их воспоминания.
– Зачем они хотят подавить их память? - спросил юноша.

Арктур сделал паузу, чтобы подобрать нужные слова.
– Потому что Призраков посылают делать только самые черные дела. Они - убийцы и диверсанты. Машины смерти, под контролем Конфедерации. Ингибиторы имплантированы так, что Призраки забывают выполненные задачи. Чтобы при попадании в плен они не могли раскрыть секреты врагам Конфедерации. – Арктур стоял у койки с Керриган и смотрел на нее. На лице не отражалось ни единой эмоции. – Мы удалим ее ингибитор.

Поллок Раймс зашел в комнату. Свирепо взглянув на Сомо, он подошел к генералу Менгску.
– Наш новый доктор закончил осмотр лейтенанта Брок. Скорей всего, с ней будет все в порядке. Доктор Фланкс прямо-таки рвется доказать нам свою преданность.
Менгск кивнул.
– Хорошо. Мы предоставим нашему любезному доктору возможность доказать свою лояльность. Вне всякого сомнения. – Генерал посмотрел на Сару. – Скажите ему, чтобы он немедленно доложил мне о результатах.
– Есть, сэр. – Поллок перевёл взгляд на Сомо. – После того как я переговорю с доктором, я хочу поговорить с тобой.
– А что за вопрос, лейтенант? – спросил Менгск.
– Ничего серьезного. Немного хромает дисциплина, сэр, – ответил Поллок.

Менгск понимающе кивнул и лейтенант вышел. Сомо посмотрел ему в след, задаваясь вопросом, за какие такие грехи лейтенант хочет на него наорать.
Арктур отвернулся от двери и снова уставился на Сару Керриган. Сомо тоже смотрел на нее, надеясь, что она переживет операцию. Он отчаянно хотел поговорить с ней, чтобы понять, что она за человек. Если генерал прав, то она прожила жизнь, наполненную ужасными делами. И которые она не помнит. Скорей всего она прожила жизнь изгоя и одиночки. Сомо знал, каково это. Поэтому он почувствовал внезапную привязанность к лежащей девушке.
«К сожалению, я не могу прочитать твои мысли», - подумал он.

* * *

Сара знала, что ее мучили кошмары, но она не могла вспомнить, о чем они были.
Каждый раз, когда она пыталась вспомнить, ужасные образы вспыхивали перед внутренним взором. Слишком мимолетные, чтобы она могла полностью их осознать: темные комнаты, странное расползающееся вещество, похожее на личинку существо... но что было перед этим? И где она сейчас?
«Ты все еще во сне», - сказала она себе.
«Еще не время просыпаться, Сара. Но уже скоро».

Этот голос был не ее. Определить, чей он, Сара не смогла. «Может это голос мамы?» Она изо всех сил попыталась вспомнить мать. Как она выглядела, как звучал ее голос, как она... Ничего не получилось. Тогда девушка попыталась вспомнить отца. Снова ничего не вышло. Словно все лазейки ее памяти были наглухо закрыты, и она не могла открыть их. Когда-то, у нее была отмычка. Сара знала это, но где и как она потеряла ее, она не имела ни малейшего представления.

Ей показалось, что она услышала голоса. Приглушенное бормотание, которое то усиливалось, то пропадало. В какой-то момент звуки стали достаточно четкими. Сара подумала, что вполне даже может разобрать разговор. Но звуки снова слились в бормотание и затихли.
Помимо голосов присутствовало что-то еще, едва различимое, скрытое глубоко в подсознании: зовущее, манящее, что выражалось не в словах, а в мыслях… Чужих, далеких и необъяснимых.
Сара почувствовала узнавание всего на мгновение, прежде чем оно ушло. А затем ее рассудок снова вернулся к попыткам открыть запечатанные двери памяти.

* * *

…– Если ты еще раз стормозишь на задании, ты с него не вернешься. Сечешь? – Широко раскрытые глаза Поллока бегали по лицу Сомо, в поисках малейшего намека на протест или вызов - любого предлога, чтобы сделать из молодого рекрута пример для остальных. Сомо не дал ему повода.
– Этого больше не повторится. Просто я впервые... — начал Сомо.

– Мне плевать на твои оправдания, рядовой. Я слышал их достаточно, и от людей получше тебя. Если ты еще вдруг не понял, ты не попадаешь в число моих любимчиков. Я считаю, что тебе здесь не место. Но даже притом, что ты ходячая неприятность, я смирился с этим. Потому что нам нужен каждый человек. Но не думай, что раз у нас нехватка людей, ты можешь шерстить в любом кубрике, неумёха.
– Как я уже сказал, этого больше не повторится, - Сомо выдержал взгляд Поллока, делая все возможное, чтобы не смотреть на глубокий шрам на голове лейтенанта. В его положении это вряд ли пошло бы на пользу.

– Если повторится, то следующий раз будет последним. – Поллок крутнулся и вышел из отсека.
Из комнаты отдыха, после выволочки лейтенанта, Сомо направился в лазарет. Навестить Сэлу и, конечно же, другую пациентку, агента-Призрака. Он надеялся, что операция прошла успешно.

* * *

Долгое время была лишь чернота. Затем появилось ощущение медленного возвращения к реальности, словно подъем из глубин черного омута на поверхность. Во рту у нее пересохло, а в голове прочно засела тупая боль. Яркий свет проникал сквозь закрытые веки. Ее окружали какие-то звуки: гул оборудования, низкий мощный рокот массивных двигателей. Еще был какой-то мысленный образ, трудноразличимый, многогранный и сложный, как никакой другой, какие она воспринимала раньше. Основная суть мыслепотока заключалась в том, что человек считает ее очень важной. Лишь поэтому она все еще жива.

Сара Керриган открыла глаза. Она находилась в ярко освещенном помещении. Рядом с ее койкой сидел человек. Он пристально наблюдал за ней. Пожилой, с суровым лицом, с собранными в хвост длинными волосами, побитыми сединой. На верхней губе красовались густые усы, а выдающиеся надбровные дуги прятали колючки серых глаз. Его одеяние имело отдаленное сходство с униформой Конфедерации.
– Здравствуй, - сказал мужчина.
Какое-то время Сара смотрела на него, а затем, наконец, спросила:
– Где я?
– Вы находитесь на борту Гипериона, боевого крейсера под моим командованием. Вы здесь в качестве гостя Сыновей Корхала. Меня зовут Арктур Менгск.

– Сыновья Корхала? Кто... - начала Сара, как вдруг люк в отсек начал открываться. Сомо просунул голову в отверстие и увидел генерала.
– Извините. Я просто хотел удостовериться, что с ней все в порядке. - Сомо посмотрел на Сару и попытался улыбнуться. Он был молод и весьма привлекателен. Керриган посмотрела на него с безразличием. Она все еще не знала, где находится, и кто эти люди. Она напомнила себе об осторожности.
–Я просто, ммм... пойду. - Сомо отступил назад, и люк заскользил обратно в закрытое положение.

Арктур снова сосредоточил внимание на Саре.
– Мы освободили вас из Исследовательского комплекса Конфедерации на Виктор-5. Вы подвергались различным экспериментам, которые были связаны с чужеродными живыми организмами. Вы что-то помните об этом?
Сара ненадолго задумалась. Обрывки образов пронеслись в ее памяти: внутренние отсеки на борту авиаперевозчика. Ее переправляли, но вот откуда именно - она не помнила. Затем гигантское облако смерча и транспортник, спускающийся в комплекс, располагающийся внутри воронки. Ее доставили в лабораторию, а затем накачали наркотиками. После этого воспоминания стали расплывчатыми. Темные комнаты, странное вещество на стенах и полу, которое тянется к ней...
– Я припоминаю кое-что. Я не знаю, почему была там, и не знаю, что там происходило.

Генерал кивнул:
– Вы помните...
– Что я делала до того, как попала в комплекс?
Арктур уже забыл, что у телепатов есть привычка заканчивать предложения за других людей, тем самым, выбивая тех из колеи. Он просто еще раз кивнул, и стал терпеливо ждать.
Сара сконцентрировалась. Снова краткие вспышки: посещение далеких миров, преследование по коридорам, перебежки по полю битвы, прицеливание из оружия для выстрела... Затем проблеск чего-то гораздо более темного и зловещего. Лезвие у горла и бьющий фонтан крови.
– Я не знаю.

Арктур видел, что она лжет. И Сара, будучи телепатом, знала, что Арктур знает это. Однако она не читала враждебности в его мыслях. По крайней мере, на поверхности. Злоба была, но она была похоронена настолько глубоко, что Сара не могла до нее дотянуться.
– Вы были Призраком. Солдатом Конфедерации. Прежде чем вы стали солдатом, вам в мозг имплантировали чип - "нейронный ингибитор". Одна из функций ингибитора - подавление памяти. Кроме того, потеря памяти также связана с наркотиками, что вам давали в ходе экспериментов. Мы удалили чип, и последствия от наркотиков не постоянны. Я думаю, что со временем, при надлежащем терпении и следовании рекомендациям, память вернется к вам. Все воспоминания.
– И что вы хотите взамен?
– Сейчас я хочу, чтобы вы отдохнули. Позже мы можем обсудить все более подробно. Я не хочу, чтобы вы чувствовали себя здесь пленницей. Вы можете ходить куда захотите, в любую часть корабля, в любое время. Двери моей каюты всегда открыты для вас. Я думаю, когда амнезия, вызванная чипом, пройдет, вы придете к выводу, что сражались не на той стороне. Однако, очень важно, чтобы вы сами пришли к этому заключению.

Сара не знала, что сказать. Она не помнила, чтобы кто-то обращался с ней так. Арктур чуть улыбнулся и встал.
– Если у вас есть какие-то вопросы, не стесняйтесь, задавайте. - Генерал прошел к люку, затем остановился и повернулся. – Кстати, вы помните свое имя?
Имя всплыло на поверхности сознания, без малейшего напряжения памяти. Она неуверенно произнесла его, поражаясь, как странно оно звучит из ее уст, словно она не произносила его долгие годы.
– Сара...
«Сара, а как дальше?» Она не смогла вспомнить, как будет дальше.
Стоя в двери, Арктур снова улыбнулся.
– Хорошо Сара, отдыхайте. – Генерал вышел.

* * *

Арктур Менгск стоял подле научного сотрудника с Умоджи Хелека Бранамура (до восстания коротавшего жизнь в качестве геолога), уставившись на вещество по другую сторону стены. Оно было похоже на желе, по которому проходили вены и артерии, и которое пульсировало жизнью за прозрачной стеной изолятора.

Изолятор предназначался для пациентов, у которых выявлялась вирусная инфекция. Он представлял собой герметичный отсек с климат-контролем и подачей в случае необходимости кислорода. Тем не менее, в последнее время камера не снабжалась кислородом. Что делало статус «содержимого», (это было единственное подходящее слово, так как назвать это «обитателем» было бы неправильно), еще более загадочным.

Контейнер с пометкой «Опасно!», Сыновья Корхала забрали из комплекса Фудзита. С помощью сканирования выяснилось, что в контейнере находится живой организм. В связи с чем, было принято решение открыть контейнер в изоляторе. В течение нескольких минут организм моментально размножился. Без всякой нужды в кислороде. Причем до такой степени, что полностью покрыл всю поверхность отсека.

– Структура самовоспроизводства клетки не похожа ни на одну, что я когда-либо видел, – прокомментировал ученый. – Она невероятно живуча. Единственная обнаруженная мной отрицательная реакция, это чувствительность к очень высоким температурам. Оно не любит большого огня.
Хелек Бранамур улыбнулся, явно взволнованный проделанной работой. Арктур протянул руку и коснулся стекла.
Субстанция вспучилась, а затем сморщилась. Профессор усмехнулся и жестом показал генералу следовать по коридору.
– Если вам понравилось это, то понравится и кое-что другое...

* * *

Очутившись исследовательской лаборатории №1, профессор Бранамур подвел генерала к инкубатору. Устройство располагалось в центре зала, и в нем находилась мертвая личинка неизвестного вида. В процессе исследования личинку подвергли вскрытию. С нее сняли верхний покров и разрезали брюшко, тем самым обнажив сложную сеть внутренних органов.

– Я думаю, что личинка, если позволите, предшественник чего-то большего. В ДНК этого создания содержатся неисчислимые последовательности, несущие миллиарды особенностей и почти бесконечных комбинаций. Я предполагаю, то, что мы видим сейчас, всего лишь первая стадия ее жизненного цикла. – Улыбка все еще играла на губах профессора. Его лицо выражало нетерпение.

– Если я правильно вас понимаю, то после того, как существо входит в стадию метаморфоза, оно может стать чем угодно? - сказал Арктур, приближаясь к личинке.
– Видите ли, это только теория, но я считаю, что она очень близка к истине.
– А как определить, кем она станет? - спросил генерал.
– Я не знаю. Возможно катализатор из внешней среды, или какой-то предопределяющий фактор в жизненном цикле существа.
Арктур с мрачным видом кивнул.
– Насколько это опасно?
– На данном этапе ее развития, я не думаю, что есть угроза. Но следующая метаморфоза... кто знает?
Менгск задумался. Профессору было жутко интересно, о чем думает генерал, но он так и не решился спросить.
Наконец Менгск ответил.
– Спасибо профессор. Немедленно докладывайте мне, если обнаружите еще что-то.
– Конечно.
Генерал бросил последний взгляд на существо и покинул лабораторию.

* * *

На одно мгновение Сара вспомнила лицо матери. Оно снова появилось и тут же исчезло опять, скорее галлюцинация, нежели воспоминание. Тем не менее, образ был добрым, ярким и прекрасным, и Сара хотела удержать его. В течение нескольких интервалов Сара вспоминала все больше и больше подробностей, но эпизоды были отрывочны, как кусочки большой мозаики. Она вспомнила про эксперименты в комплексе Фудзита, но не хотела думать о них слишком много.

Она попыталась вспомнить свою фамилию, последний день рождения, лицо отца... эти воспоминания ускользали от нее. Большая часть жизни все еще оставалось тайной, не смотря на попытки что-нибудь вспомнить.

Она не помнила обучения в Академии Призраков, или того, как ее завербовали в армию Конфедерации. Она не могла вспомнить детские и подростковые годы. Она не помнила большинство миссий, которые выполнила в качестве Призрака.

То немногое, что она вспомнила, казалось таким сюрреалистическим и фантастическим, похожим на сон, нежели на реальность. Ибо в этих воспоминаниях она была незримым воином, невидимым и неслышимым. Она была убийцей. Эти полу-воспоминания пугали ее больше всего. В них она видела себя со стороны, в момент совершения безжалостных и ужасных акты расправы. (Она никогда не видела лиц тех, кого убила, чему была благодарна.) В такие моменты она говорила себе, что она была в каком-то странном состоянии, что она была не в себе, что настоящая Сара не способна на это. Но даже тогда, какая-то ее часть знала правду.

Входной люк скользнул в сторону. Сара открыла глаза. Азиат, который к ней недавно заглядывал, стоял в проеме и, похоже, чувствовал себя неловко.
Может, зайдешь в комнату, пока створки люка тебя не прихлопнули, - сказала Сара, указывая на проем.

Юноша засмеялся и шагнул вперед. Люк в отсек закрылся.
– Привет, меня зовут Сомо. Я тот, кто... эээ... вытащил тебя... с Виктор-5 на наш борт. Я просто хотел проверить, как у тебя дела.
Она видела, что парень взволнован и, очевидно, очень хочет поговорить с ней. И ей не нужно было быть телепатом, чтобы понять это. А когда она прочла его мысли, то обнаружила, что он действительно искренне переживает за нее. Его ментальные сигнатуры отличались от большинства мужчин, что ей попадались. Она увидела стержень, который глубоко сидел в нем, а также поразительную силу воли и знание истинной ценности жизни.

– Ну... и как вам Гиперион? - спросил Сомо.
Сара уловила в нем немедленное самобичевание за болтовню и глупые замечания. В его голове это звучало примерно так: «Как вам Гиперион? Идиот! Теперь она думает, что я болван».

Сомо нервно улыбнулся, и Сара рассмеялась. Насколько она помнила, это был первый раз, когда она смеялась так продолжительно. Хотя на самом деле, она вообще не помнила, когда смеялась в последний раз. Она прекрасно себя чувствовала, и долго не могла остановиться.
– Я не думаю, что ты болван, - наконец произнесла она.
Сомо расплылся в улыбке. Затем его лицо застыло, как только он сообразил, что девушка сказала то, что было у него на уме. Потом улыбка расплылась еще шире, когда он вспомнил, что перед ним телепат.

Сара понимающе улыбнулась в ответ на "прозрение" юноши.
– Знаешь, у меня такое чувство, что мы только что разговаривали двумя способами, - сказал Сомо. - Это довольно странно.
– Я думаю, это может быть очень эффективно, - ответила Сара.
– Это отличный способ исключить всякую чепуху, - согласился Сомо. - Например, я пытаюсь придумать подходящий повод спросить тебя, не хочешь ли ты выпить где-нибудь кофе, а ты уже знаешь, что я об этом думаю. Тогда я предполагаю, что могу не спрашивать об этом, если конечно мысль о приглашении не считается за само приглашение, что возвращает нас к…
– Давай помогу. Я не против, когда-нибудь, но прямо сейчас не получится. Я все еще утомлена и хочу отдохнуть.

– Конечно... безусловно, замечательно. Я не буду мешать... эмм, отдыхать. – Сомо попятился к люку и, прежде чем переступить порог, на прощание махнул Саре рукой.
– Увидимся позже, - сказала она.
Сомо счастливо кивнул, и люк закрылся за ним.
Лежа на кровати и уставившись в потолок, Сара задала себе вопрос, когда же Арктур навестит ее. Чтобы обсудить то, чего он хочет от нее в обмен на спасение из комплекса Фудзита. В конце концов, девушка решила, что генерал придет, как только посчитает нужным. Затем провалилась в сон.

* * *

Доктор Фланкс для себя уже решил, что сделает все, что угодно, лишь бы выбраться из сложившейся ситуации живым. Если потребуется сказать революционерам то, что они хотят знать, то так и будет. Однако он не сомневался, что Конфедерация подавит их пустяковое восстание в ближайшее время.

«…Когда придет этот час, я постараюсь выставить себя в самом лучшем свете», - размышлял он. – «Возможно, даже приложу руку к победе над Сынами Корхала, если смогу втереться к ним в доверие. Когда придет время, и Конфедерация подавит жалкий мятеж, я, доктор Фланкс, стану героем… Возможно, даже стану доверенным советником одного из правящих отцов. А может даже будет собственный пентхауз в одном из небоскребов Тарсониса! Черт! Может, даже я буду владеть целым таким зданием! И меня навсегда впишут в медиа-анналы истории…»

С такими мыслями в голове, доктор Фланкс шагал по одному из лабиринта коридоров Гипериона, в сопровождении двух пехотинцев в скафандрах. Солдаты подвели его к люку и приказали войти.

В отсеке, возле пустого стула перед столом, стоял Поллок Раймс. Арктур Менгск сидел напротив, а в дальнем углу стоял солдат в полной боевой экипировке. Когда доктор зашел в помещение, он заметил, что в ближнем к Поллоку углу сидит еще один. Эскорт остался снаружи. Люк закрылся.
«Ну, началось», - подумал доктор. Он знал, что допрос повстанцами, - всего лишь вопрос времени. «Странно, что они так долго ждали. Может быть, хотели убедить меня в ложном чувстве безопасности?» - подумал он.

Ученый кивнул Поллоку. В ответ тот рявкнул:
– Садитесь!
Доктор Фланкс сел на стул и посмотрел на мрачное лицо генерала Менгска. Лейтенант остался стоять рядом, достаточно близко для того, чтобы если что, ударить доктора по голове, если тот во время допроса выйдет за рамки дозволенного.
– Я хочу знать, как и когда Конфедерация узнала об инородном присутствии.
– Гм...

Доктор бросил робкий взгляд на Поллока и, получив в ответ свирепый взгляд, снова уставился на Менгска.
– Насколько мне известно, вид был обнаружен около пяти циклов назад, на пограничной планете сектора Копрулу. Об этом сообщил местный маршал. Туда послали нескольких ученых, что бы провести исследования. Это, хммм... – Доктор откашлялся и сглотнул. Его голос стал хриплым. – Было установлено, что существа не являются представителями местной фауны. По большому счету это была вся достоверная информация кроме, пожалуй, того, что они обладают феноменальной способностью к размножению. Гм... Вскоре посыпались сообщения с соседних планет. Оказалось, что заражение распространяется. Поэтому была поставлена задача изучить Чужих.

В комнате повисла напряженная тишина. Доктор с надеждой посмотрел на Менгска, который лишь сверкнул взглядом в ответ. Фланкс глянул на пехотинца позади Арктура. Ему показалось, что тот прямо горит желанием нажать на спуск гаусс-винтовки по первому сигналу генерала. Ученый попытался глянуть назад, на сидящего в углу солдата, но Поллок вышел вперед и закрыл обзор.

– Зачем проводились эксперименты на людях? – Глаза генерала, как два сверла сверлили черепную коробку доктора, заглядывая прямо в мозг. Доктор практически почувствовал, как генерал копается в его мыслях.
– Ну.. кхм, конечно я действовал в рамках приказа, проводя эксперименты над человеческими объектами. Но только с целью определения, как создание, ммм... Крип, так мы его называем, будет взаимодействовать с людьми.
– Почему остался только объект Призрак? - Упершись локтями в стол, Арктур подался вперед.

– Ну, на самом деле, это очень интересно. Мы обнаружили, что чужеродная субстанция и личинка обладают специфической реакцией на телепатов. По крайней мере, мы так предполагали. Но мы не могли доказать это, пока не провели тесты в изолированной среде. Тогда выяснилось, что это действительно так. Участница эксперимента, женщина-Призрак... она спровоцировала самую активную реакцию, как у Крипа, так и у личинки. Поэтому мы решили работать только с ней и прекратить эксперименты с другими объектами.
– Что вы сделали с другими подопытными, когда они вам стали не нужны? - в голосе генерала послышалась сталь, из-за чего доктор почувствовал себя еще более неудобно.
– Вообще-то я не знаю...
– Я предупреждаю, не смейте мне лгать! - отрезал генерал.

Доктор решил, что лучшим выходом для него будет говорить правду и попробовать свалить ответственность на кого-нибудь другого.
– Я думаю, охране было приказано... гм... из-за высокого уровня секретности, устранить их и уничтожить следы.
– То есть, их всех убили. А что стало с жителями периферийных планет, где обнаружили этих пришельцев? Конфедерация же не уничтожила их всех?

Чем дольше Арктур оставался спокойным, тем неудобней чувствовал себя доктор. Он почувствовал дрожь в руках, лежавших на коленях под столом.
– Ну, насколько я слышал, гм... на тех планетах распространилась генетически выведенное заболевание. Кажется они сказали, что это холера.
Арктур кивнул на доктора. Он повернулся и посмотрел на пехотинца в углу за ним. Доктор еле удержался, чтобы не обмочить от страха штаны.
– Сопроводите доктора, - сказал генерал. Охранник приблизился к столу.
Доктор Фланкс поднялся. Его била дрожь. Поллок вновь помешал доктору рассмотреть пехотинца в углу у дверного проема. Ученый вдруг подумал, а не специально ли это делает лейтенант. «Эй, по крайней мере, ты жив», - подытожил он про себя.
– Еще один момент, - сказал генерал. - Почему комплекс Фудзита?

Доктор обернулся.
– Да. Для того чтобы иметь убедительные доказательства, что чужие реагируют на телепатов, мы должны были гарантировать, абсолютное невмешательство извне. Пинакль, естественно, уже имел готовые условия для экспериментов.
Генерал снова кивнул и обратился к солдату.
– Представьте нашего нового друга профессору Бранамуру, - сказал он. Воин кивком в шлеме подтвердил приказ.
Как только доктора вывели из помещения, Поллок повернулся к оставшемуся в углу пехотинцу. Сара сняла шлем, встала и не торопясь прошла мимо лейтенанта. Села за стол, за которым минуту назад обливался потом доктор. С равнодушным видом она выдержала холодный пристальный взгляд Арктура.
– Он лгал нам? - спросил генерал.
Сара покачала головой.
– Нет. Он чуть не до обморока боялся, но говорил правду.
– Хорошо, - ответил генерал. - Надеюсь, что хоть что-то из его рассказа помогло тебе.

Сара опустила взгляд вниз, в душе признаваясь себе, что она действительно воевала не на той стороне.
– Помогло. Теперь, когда на меня не действует чип, я осознаю, что Конфедерация творит произвол. Я хочу помочь вам.
– Я думаю, ты будешь сильным союзником для нашего мероприятия. И я только приветствую твое решение. – На губах генерала появилась улыбка. Первая улыбка, которую Сара увидела на этом лице. Девушка устала от постоянного изучения ума доктора, хотя теперь у нее появилась пища для размышлений.
– Спасибо. Сейчас я хотела бы немного отдохнуть, - сказала она, заканчивая диалог.

Генерал поднялся.
– Разумеется. Когда отдохнете, я хотел бы еще немного пообщаться с вами.
Сара признательно кивнула и встала. Поллок провел ее к дверям.
– Я найду дорогу, спасибо, - сказала она лейтенанту.
Поллок посмотрел на Менгска. Тот чуть заметно кивнул. Поллок поджав губы, одарил Сару тяжелым взглядом.
Ей совсем не понравилось то, что происходило в голове лейтенанта.
– Эй, - сказала она Раймсу на выходе, - я все слышала.
Сара прошла через проем и вышла в коридор.
«Надо быть начеку и не забывать про ее маленький талант», - глядя на закрывающийся люк, подумал Поллок.

Перевод на русский:bobchik.ghost

© Микки Нильсон
Статья написана: 2011-01-09 15:29:06
Прочитано раз: 11976
Последний: 2016-12-02 12:37:12
Обсудить на форуме

   Пока тут нет ни одного комментария, можете добавить первый.

  Добавить комментарий

Добавить комментарий
Заголовок:
Имя*:
Email:
Icq:
Местонахождение:
Сколько будет 6х6?:
Комментарий*:

7x Top
События

Waiting info...



Информация


Администрация:
-
-

Новинки

Последние Новости

Новое на форуме

Последние статьи

Новые файлы


Друзья
Реклама


 

© 2002-2016 7x.ru StarCraft information site.
7x Engine version 1.7.1 Alpha build 4 .

Копирование информации только с прямой индексируемой ссылкой на наш сайт!
Идея проекта: . Разработка - 7x Team.

Рекомендуемое разрешение - 1280x1024 при 32bit. Минимум - 1024x600 при 16bit.
Поддерживаемые браузеры: IE 7.0+ и аналогичные
Дата генерации - 03.12.2016 @ 03:19:52 MSK. Страница загружена за 0.154629 попугая.

И помните - StarCraft Forever!

 

Яндекс.Метрика Rambler's Top100 Яндекс цитирования

карта сайта